Муж Святой Героини

Надеюсь, удастся до ночи найти какую-нибудь корчму.

– Эх, не советовала бы я вам идти на юг, – сказала женщина. – Там идут бои, а некоторые города заняты повстанцами – вы можете оказаться прямо на их территории.

– Мы будем держаться подальше от опасных мест, – ответил я.

– Лучше бы вы пошли с нами.

Действительно, выживать вчетвером эффективней, чем вдвоём – но я не хотел двигаться в столицу, да и вообще углубляться на территорию Империи. В странной ситуации оказался я – мне нельзя находиться на границе и выходить за неё – ведь это чревато встречей с храмовниками, и мне нельзя двигаться внутрь Империи – ведь это чревато встречей с Архимагом-предателем.

Также мне не хотелось, чтобы наши собеседники свободно пересказывали новости о войне, о Храме, о Святой – перед самой Святой. Я опасался, что некоторая информация, неправильно поданная, может спровоцировать память Святой вернуться (в чём я не уверен). Мне необходимо, чтобы Святая в ближайшее время узнавала всю информацию только от меня и слушала только меня.

Я должен правильно настроить её разум. Ведь это такая большая удача – передо мной оказался человек-чистый лист! На нём можно писать всё, что захочешь! Я могу внушить Святой какие угодно мысли!

Мы попрощались с семейной парой и двинулись в южном направлении, продолжая держаться леса.

Спустя некоторое время, Святая взяла меня за руку и неуверенно обратилась:

– Э… муж мой…

Я взглянул на неё, Святая смотрела на меня растерянно. Очевидно, слово «муж» звучало для неё непривычно, а сам я – совершенно не ассоциировался у неё с этим словом.

– Да, дорогая? – я улыбнулся.

– Э… неудобно спрашивать… но… как тебя зовут?

Я изобразил шок и вздрогнул.

– Боги, неужели ты настолько потеряла память?! Я всё никак не могу к этому привыкнуть… Ты… ты, получается… совсем ничего не помнишь?

– Д-да… я же говорила… – Святая потупилась.

– Вообще ничего?

– Ничего, – покачала она головой.

– Бедолага… – вздохнул я. – Прости. Мне всё ещё трудно это осознать.

Мне не верится… Я, наверное, кажусь тебе просто каким-то незнакомцем?

Она смутилась, было видно, что она чувствует из-за этого вину.

– Извини… – тихо сказала она, не поднимая головы. – Да, я тебя совершенно не узнаю, ты для меня незнакомец…

– Понятно… – я вздохнул и погладил её по спине. – Ну, будем надеяться, что твоя память скоро вернётся… Что ты спрашивала? Как меня зовут? Я – Андаль.

– Андаль, – повторила Святая. – Андаль.