Годы опавших листьев

– Тс, всю улицу перебудишь! – Раздался над самым ухом отдаленно знакомый голос. Захватчик прикрыл ее рот рукой и увлек за собой под арку ближайшего дома. – Не брыкайся, не обижу.

На улице слышались ругательства и постепенно стихающий топот чьих-то ног.

Через секунду в подворотне, как тени, беззвучно возникли две фигуры в черном. Одна держала в руке Симину кепку.

Тот, кто ее удерживал что-то сказал на непонятном шикающем языке и фигуры послушно отошли в сторону.

– Ты воришка? – Он обратился к Симе уже на русском, убирая от нее руки.

– Зашибли? – Усмехнулся незнакомец, – так тебе и надо! Не будешь по чужим домам лазать!

Он наклонился, приподнял двумя пальцами ее голову за подбородок и заглянул прямо в глаза.

Симу будто ударило током. На нее опять смотрели два узких хитрых глаза и казалось сейчас они просверлят ее насквозь.

Ее затрясло. Она нащупала на своей шее крестик и прижала его ладонью к телу. Достать из-под ворота рубахи и поцеловать не решилась.

– Пойдем. Отведу тебя домой.

– Домой? – Не поняла Сима.

– Где ты живешь? – Спокойно спросил китаец, аккуратно поднимая ее за плечи и ставя на ноги, – идти можешь?

– Могу. Вроде, – Сима попробовала наступить на подвернутую ногу, но скривилась от боли.

– Нога? Давай посмотрю, – он усадил ее обратно на землю и не спрашивая разрешения задрал штанину.

– Не лезь! – Воскликнула Сима.

– Хочешь тут до утра просидеть, пока дворник не придет?

Сима отрицательно замотала головой.

– Как тебя зовут, – спросил китаец, снимая ботинок.

– Сера… Симка меня зовут, – прошептала она, – а тебя?

Он медленно ощупывал ее ногу спускаясь от колена вниз и поднимаясь обратно. Сима ощутила пробежавшие по всему телу мурашки и зажмурилась.

– Тут больно?

Она кивнула. Китаец неожиданно резко дернул ее ступню за пятку. Сима ойкнула.

– Все в порядке! До свадьбы заживет, – он немного помедлил, – у меня необычное имя. Чжан Шэн Тао.

– Чжан Шэн Тао, – машинально повторила Сима.

– Надо же, не ошибся! – Удивился китаец, – можно просто Тао. Меня так все называют. Ну, куда тебя вести?

Сима немного подумала – говорить или нет?

– Я живу в театре. Временно.

– В театре? Погоди-ка, – он внимательно посмотрел на Симу, – так ты – тот вчерашний мокрый грубиян?

– А ты – тот злобный китаец, который толкнул меня в лужу?

– Сам виноват! Вставай уже, хватит рассиживаться, задницу простудишь!

Сима поднялась.