СЕКСотка. В России душат любовью, ломают взглядом и гибнут под руинами целой страны

Квартира в Жуковском. Там и живет моя жена. А я снимаю в Москве. Давно уже стоило бы подать на развод, но есть некие условности… Партком, например. В нашей организации это не приветствуется. Да и моей жене так удобнее: статус замужней женщины в глазах соседей и коллег по работе намного выигрышней, чем разведенной. Мы оказались слишком разными людьми, да и моя профессия наложила отпечаток на взаимоотношения. Дежурства, работа допоздна… А вообще, я по характеру – холостяк!

– Правда?

– Да.

– А почему?

– Характер есть характер.

Он повлиял на конечный выбор профессии, влияет на стиль жизни… Вот вы, Лена, вы стремитесь замуж?

– Нет, конечно. У актрис вообще редко бывают удачные браки… А потом, театр, кино… Учеба…

– Вот видите, это тоже характер. Вас тянет не детей нянчить, не стирать рубашки мужу, а играть на сцене, быть свободной от условностей, отдаваться своим чувствам. Иначе вы выбрали бы другую профессию и думали, где бы подцепить мужа.

– Ну, может быть, когда-нибудь… – предположила Лена.

– В зените славы и успеха… – продолжил за нее Русаков.

– Да… Я и захочу выйти замуж…

– За толстого, престарелого режиссера, – со смехом закончил Иван Анатольевич.

– Нет, нет, только не это… – запротестовала Лена.

– Конечно, нет, – с нарочитой серьезностью произнес Русаков, – за старых и толстых режиссеров выходят, чтобы добиться славы и успеха. Потом их обычно бросают… – с улыбкой закончил он.

– Вы считаете, я на это способна? – серьезно отреагировала Лена.

– Думаю, нет, – в тон ей ответил Русаков. – Я думаю, Лена, вы способны только искренне любить. Но ваша профессия будет для вас всегда важнее этого чувства. В этом трагедия и спасение настоящего артиста.

– Может быть.

– Мне бы только не хотелось, чтобы вы поддались тому искушению свободой, которая наступила для вас после вашего поступления в училище. Дух студенческой актерской среды – он прекрасен, но коварен. К сожалению, для многих в первый год учебы – чем легче становится поцелуй на сцене, тем меньше его ценность в реальной жизни.

Мне бы не хотелось, чтобы так случилось с тобой, Лена! Можно, я буду называть тебя на «ты»? – он накрыл ее руку своей и чуть сжал ее.

– Конечно, – ответила она.

– Я бы хотел еще встретиться с тобой, если ты не против?

– Конечно, нет.

– Мы не будем договариваться на какой-то определенный день: у тебя учеба, у меня работа… Пусть это будет такой же приятный экспромт, как сегодня. Хорошо?

– Да.