Казус бессмертия

– Как бы ни так! – Ковальски подпрыгнул на стуле от возбуждения. – Побывавшие там рассказывают, что в начале шестидесятых годов этот город еженедельно навещал некий таинственный немецкий доктор, который и занимался беременными женщинами…

– Постойте, постойте, ? Пауль раздраженно фыркнул. – Я не сильно сведущ в этих вопросах, но даже мне понятно, что никакой доктор не сможет по своему хотению или умению сделать близнецов, да еще именно со светлыми волосами и голубыми глазами.

Макс рассмеялся.

Его темно-карие глаза наполнились яркими искорками:

– Вы так думаете? Вы ошибаетесь.

– Почему?

Ковальски стал абсолютно серьезен. Он наклонился вперед и тихо сказал:

– Люди, видевшие этого доктора, впоследствии смогли опознать его по фотографиям. Это – Йозеф Шенгеле! Слышали про такого?

– Кто ж о нем не слышал? – Пауль усмехнулся. – Он был врачом в одном из концентрационных лагерей.

– Правильно. В лагере «Рахен», который находился на границе Германии и Польши.

В нем было уничтожено около четырех миллионов человек. Шенгеле проводил опыты на живых людях. Причем – без анестезии. Основные направления его деятельности – генетика и евгеника. Он отбирал детей-близнецов и творил с ними все, что хотел. По официальным данным, из трех тысяч взятых для бесчеловечных опытов близнецов, в живых чудом осталось не более трехсот…

Шрабер поморщился и перебил:

– Так вы хотите сказать, что он научился штамповать близнецов, как рекламные плакаты, и использовал это умение в городе Кандидо?

Ковальски убежденно ответил:

– А почему нет? После войны Шенгеле исчез.

Бумаг его не нашли.

– Послушайте, молодой человек… Даже самому Шенгеле не под силу сделать то, о чем вы говорите. Будь он хоть трижды гений!

– И тем не менее… – Не сдавался журналист.

– Вы собираетесь ехать туда?

– Да. Завтра же. Может, женщины прольют свет на эту тайну?

Шрабер подозвал официанта, расплатился за завтрак и свой кофе, после чего сказал:

– Вернетесь обратно, зайдите ко мне.

Расскажете, что узнали. Я во все это, конечно, не верю, но все равно желаю вам удачи.

– Спасибо. Зайду непременно. До скорого свидания, – попрощался Макс.

Шрабер молча кивнул головой, встал, аккуратно задвинул стул и вышел из кафе. Он, не спеша, направился по тротуару в сторону океана.

После беседы с журналистом настроение стало мерзким.