Поминуха в Кушмарии

Увидев людей в беседке, шагнула к ним:

– Это дом Анны Георгиевны? Василий среагировал первым:

– Да, а в чем дело?

– С Анной Георгиевной можно переговорить?

– Сможешь только увидеть. Видишь открытую дверь возле крышки гроба? Тебе – туда.

Девушка кивнула, остановилась у крышки гроба, которая всерьез не воспринималась. На ней сидел рыжий котенок. Снизу Кагор дружелюбно погавкивал на него. Девушка перекрестилась и вошла в дом. В большой комнате увидела в гробу Анну, снова перекрестилась, коснулась ногой похрапывающего фотографа.

– Чего хочешь?

– Вот привет передать Анне Георгиевне. Где она? – и вынула конверт.

– Положи в гроб, она на том свете прочтет. А мне не мешай.

– Вот вы и положите.

Девушка всучила ему конверт, сделала снимки на мобильник и, не мешкая, удалилась. Во дворе ее окликнул веселым голосом Василий:

– Ну, поговорила?

Девушка раздраженно буркнула.

– Не грешно вам смеяться в такой день, – повернулась и столкнулась с входящим строгим мужчиной в очках.

– Извините, я из Налоговой инспекции, как найти мне госпожу Анну Сырбу?

– Опоздали, в гробу она, видите крышку у двери.

– Как в гробу? А кто налог за квас платить будет?

– Сделайте запрос в парламент, – рассмеялась джинсовая девушка.

В это время мастер объектива, прежде чем взяться за работу, выпил еще рюмочку, крякнул и начал щелкать фотоаппаратом, снимая гроб под разными ракурсами. Залез на стул, желая зафиксировать вид сверху. Вспышка пробудила задремавшую Анну.

– Чур-чур, не меня! Изыди, сатана, изыди, еще поминки не кончились!

Фотограф, получивший новое, не дворянское звание, испугался еще больше. Свалился со стула, ударился затылком о табурет. Гроб покачнулся и перевернулся. Анна упала на фотокора. Тот дернулся и потерял сознание. Сбежавшиеся женщины закричали, зовя на помощь мужчин. Беседка во дворе мигом опустела. Вскоре приехала машина скорой помощи и увезла кряктуна.

9. Поминальный коллоквиум

В комнате стало просторнее. Гроб убрали. Рассевшиеся вокруг стола гости улыбались, уже не стесняясь. Голубцы в виноградных листочках манили ароматом, вино в стаканах искрилось. Чокались, не соблюдая принципа четности. Голос тостирующего спикера звучал почти без официоза.

Кто в зрелом возрасте не может не давать советы? Таких мало найдется. Тем более, в южном городе.