Пушинка в урагане. Контуры нового мира

Но помните, что в первую очередь требуются именно пулемёты. Кроме того, свяжитесь с полковником Степановым, он руководит работами по совершенствованию самолётов, и согласуйте с ним места установки пулемётов и боеприпаса, узлы крепления и прочие технические вещи. Рекомендую сделать массогабаритные макеты пулемётов, чтобы и авиаторы решали свои проблемы с установкой оружия. Что до грамотных оружейников, то полагаю, что в Михайловской Артиллерийской академии среди преподавателей и слушателей таковых довольно. Мастера-оружейники имеются на Сестрорецком оружейном заводе.

Если найдёте кого-то со стороны, дело Ваше. Единственное требование: обеспечить строгую секретность Вашего проекта.

– Задачу уяснил, теперь постараюсь собрать дельных оружейников.

– Мне смутно припоминается разве что Мосин. – сказал я – Не помню его имени-отчества.

– Знаю о таком. – хмыкнул Иосиф Владимирович – Если не ошибаюсь, капитан по гвардейской артиллерии, работает на Тульском оружейном заводе. Полагаю, что Николаю Михайловичу он не помощник: самолюбив, дерзок.

К тому же, у него любовная драма: Мосин сожительствует с женой помещика Арсеньева, а тот не даёт жене развода, потребовал от Мосина пятьдесят тысяч отступных.

– Вот как? – непроизвольно оскалился я – В России имеет место работорговля?

– Помилуйте, Пётр Николаевич, какая работорговля?

– А продажа женщины благородного сословия не есть работорговля? Андрей Ефимович! – возвысил я голос.

– Слушаю Вас. – тут же шагнул в дверь мой доверенный секретарь.

– Будьте добры, составьте от моего имени письмо тульскому прокурору. Пусть выяснит, имеется ли факт предложения продажи женщины благородного сословия помещиком Арсеньевым. Если факт подтвердится, и Арсеньев не ответит за попытку работорговли штрафом хотя бы в половину своего движимого и недвижимого имущества, а ещё лучше, всего состояния, я его, прокурора, решительно не пойму. И пусть в прессе как можно шире отметят этот эпизод. Нужно понимание обществом глубинной сути произошедшего конфликта.

А вообще, этих господ нужно бить по самому больному месту – по кошельку, ибо совести у них нет, и никогда не было.

Присутствующие засмеялись.

– Знаете, Пётр Николаевич, я, пожалуй, согласен с Вашей трактовкой. – задумчиво проговорил Баранов – На фоне проходящих судебных процессов против железнодорожных спекулянтов и вороватых армейских поставщиков от Крымской войны до наших дней, этот маленький суд произведёт свою долю впечатления.