Дорога во тьме ч.2

Быстрая тень рванулась к ней слева. Она попыталась запоздало увернуться… Вспышка в голове, которую тут же сменила тьма…

…Звуки вместе с серым светом робко проникли в темноту, окутавшую её мозг. Всё-таки жива… Все звуки в голове расплавлялись и накладывались один на другой, создавая невыносимую какофонию, вызывавшую противную дрожь по всему телу. Прежде чем снова погрузиться в объятия беспамятства, она с удивлением отметила, что у неё свободные руки. В следующий раз она пришла в сознание, когда над ней раздавались голоса переговаривавшихся людей.

Она не смогла уловить ни одного слова, её уши были словно забиты ватой. Всё её непослушное тело обволакивало нечто, по ощущениям напоминавшее тёплый мягкий кокон. Ей было тепло, она уже и не думала, что сможет когда-нибудь согреться. Несмотря на слабость и боль, Маша чувствовала себя почти уютно. Темнота…

…Она ещё несколько раз приходила в себя и вновь погружалась в сон – без сновидений, словно уставший пловец, исчерпавший запас своих сил, но каждый раз поднимающийся из пучины на одном упрямстве.

Открывая глаза, она никак не могла сфокусировать взгляд, и перед ней на жёлтом фоне вместо людей маячили смутные тени. Приближаясь и удаляясь, они растворялись в окружающем тумане. Иногда она чувствовала во рту разные вкусы: сладкий, тёрпкий, кислый, но хуже всех была горечь, от которой у неё кишечник сворачивался узлом. Она попыталась выплюнуть эту гадость, но ей зажали нос и рот, вынудив проглотить. Тишина…

…Потолок был деревянным, как и вся комната, которую она рассматривала.

Из небольшого окна напротив кровати, в которой она лежала, струился мягкий приятный свет, оседая на стены и пол, светлой пылью разгоняя полумрак, царивший в комнате. Осторожно повернув голову, она увидела табурет заставленный пузырьками, рядом – другой табурет, сейчас пустой. За рядами банок и флаконов она разглядела крепкую дверь. Это мало походило на пыточную камеру. После всего она вряд ли могла бы рассчитывать на радушный приём. «Но возможно, я ценная пленница? Хотя с другой стороны, чем я ценная? Ведь я ничего не знаю». «Или не помнишь», шепнуло ей что-то внутри. Маша попробовала пошевелить руками. Свободны, ноги тоже. Где же подвох? И тут взгляд её, подёрнутый туманом сна, остановился на одной точке, обретя кристальную ясность. «Таня! Они забрали Таню!» Маша тихо заскулила побитой собакой. «Не уберегла! Дрянь, а не мать! Какая же дрянь… Девочка моя, Танечка, доченька…».