Дорога во тьме ч.2

Также во многих книгах говорилось, что они могли путешествовать меж мирами, хотя судя по её виду, путешествие далось ей недёшево. Многое наверняка мог бы пояснить молчаливый зверь, застывший рядом, но с Отшельником он делиться своими секретами не хотел.

С рычанием оборотень протянул руку в сторону жарящихся остатков крота. Поняв, что для расспросов сейчас не лучшее время, Отшельник схватил ближайший шампур и сунул его в протянутую руку. Он никогда не видел, чтобы горячее мясо исчезало с такой скоростью.

Мясо! Вкусное мясо! Лиза ощущала только голод. Всё остальное отошло на второй план. Мясо было обжигающе горячим, но восхитительным. Она, кажется, откусила кусок шампура, но не остановилась, чтобы его выплюнуть. Рядом кто-то был, она даже слышала обрывки фраз, но не обращала на них никакого внимания – голод бичом подстёгивал её, не давая думать ни о чём другом. Съеденного ею мяса оказалось слишком мало, чтобы утолить дикий голод, разрывающий её внутренности. Но Лиза видела другие куски, источающие свой непередаваемый аромат и капающие жиром на угли.

Отбросив измочаленную деревяшку, она потянулась за новой порцией, но на её запястье сомкнулись чужие пальцы. Не задумываясь, Лиза вонзила в неё свои клыки, получив в награду крик боли.

Отшельник с криком отдёрнул прокушенную руку. Кровь, тяжёлыми каплями сорвавшись с пальцев, зашипела на углях. Схватив девушку-оборотня за плечи, Отшельник с силой придавил её к земле, радуясь про себя, что она так ослабла от голода.

Кроме грубой силы зверя, в ней чувствовалась достаточно сильная искра. У девочки был огромный потенциал. Он не желал причинять ей вред и пытался словами успокоить рычащего и изворачивающегося оборотня, бережно, но твёрдо прижимая её к земле, не давая двигаться.

– Успокойся! Слышишь?! Успокойся, я не желаю тебе зла. С проклятьем Отшельник еле избежал очередного укуса. Тебе нельзя больше, ты очень долго голодала! Тебе же плохо будет.

Подтверждение его слов настало очень быстро.

Девушка, рыча, изворачивалась, пытаясь сбросить севшего сверху Отшельника, а в следующую секунду Лизу согнуло в жестоком спазме, скрутившем внутренности, и стошнило ей же на грудь. Отшельник перевернул её на бок и вытер рвоту пучком травы.

– Я же тебя предупреждал, бестолочь.

Отрезав острым осколком камня половину большого куска, он порезал его на совсем маленькие части и положил их на траву рядом со стонущей девушкой.