Дорога во тьме. Ч. 1

На негнущихся ногах, словно на нём были заржавленные доспехи, он сделал шаг к тумбочке со взбесившимся телефоном. Нужно было сделать ещё один шаг, но аппарат, как будто решив подразнить его, начал от него удаляться и уже трезвонил в конце длиннющего коридора. На Макара начала наваливаться паника, грозя раздавить его всей своей тяжестью. Сжав зубы, упрямо наклонив голову и собрав остатки воли, он изо всех сил рванулся вперёд, вытянув руку и всем сердцем желая заткнуть эту тренькающую дрянь. Тумбочка оказалась гораздо ближе, чем он думал.

Со всего размаху врезавшись бедром в острый угол тумбочки, Макар зашипел от боли, но эта же боль добавила ему уверенности в себе, ведь если он чувствует боль, значит, ещё не полностью выпал из реальности. Он обнаружил, что до сих пор сжимает в вытянутой руке оторванные провода, а из другой не выпустил листок с рисунком Кнопки. Боль сделала цветные линии, выведенные родной ручонкой, яркими, точно в них закачали неон. А они, в свой черёд, дали эффект вентилятора, разгоняющего туман в его голове и противную слабость из тела.

Посмотрев на (как ему показалось) уже не так уверенно дребезжащий телефон, он, отбросив провода в угол и не теряя более ни секунды, протянул руку к трубке. Пальцы плотно обхватили пластиковую ручку, и Макар медленно начал её поднимать. Аппарат, издав последний треньк, затих, его дверной собрат также оборвал себя и затаился. Макар стоял с трубкой в руке и наслаждался тишиной, как боец после канонады. Он раздумывал, а не положить ли трубку обратно на рычаг, ведь наверняка ему всё это почудилось и в телефоне он услышит лишь тишину.

Но он вновь посмотрел на картинку своей дочери, и ему сделалось невероятно неловко и стыдно за свою слабость. Ухмыльнувшись, он обронил:

– «Тряхнул гривой – будь львом», нечего сопли размазывать.

Втянув в себя воздух сквозь зубы, Макар поднёс трубку к уху. В голове возник странный образ: будто он маленький мальчик, осторожно, на цыпочках, подобравшийся к двери, за которой разговаривают взрослые, и тихо-тихо, так, чтобы его не услышали и не прогнали, приложил ухо к двери и старается не пропустить ни одного слова, хотя сам многое не понимает из того, о чём там говорят, но услышать это кажется ему крайне важно.

Очень похоже, только он давно не маленький мальчик, а вместо двери трубка сломанного телефона, и самое главное – кто и откуда те взрослые с их страшными тайнами. Также непонятно, что он надеется услышать.

Тишина… Ни гудков, ни щелчков, никаких других шумов.