Бог тебе судья

Вы удивитесь, но вскоре подъехали водолазы и целая бригада криминалистов. Дно водохранилища внимательно исследовали и обнаружили еще три трупа молодых девушек, которые были привязаны к бетониту. Экспертиза установила, что трупы пробыли в воде больше месяца и все были утоплены. ДНК, обнаруженная в сперме при исследовании трупов каждой девушки, была одинаковой. Нашему подсудимому дали пожизненное, но еще три семьи обрели покой – пропавшие без вести девушки были найдены.

У Рождественского нюх на трупы.

Сергей Юрьевич сверился с картой и компасом на своем телефоне, указал в какую-то неведомую чащу и с энтузиазмом туда двинулся.

Я поспешил за ним, ломая ветки и наступая на что-то противно хрусткое, словно птичьи кости. Шли по бездорожью мы долго, но в конце концов появилась тропинка, которая вывела нас на небольшую поляну, где остались следы работы криминалистической бригады. Оборванные ленты, пакеты из-под реактивов или чего там они рассыпают всюду, чтобы что-то высветить? Валялись даже перчатки и бахилы. В земле под большой липой была вырыта яма, а рядом небольшие ямки подкопов, которые делают, чтобы определить, есть что-то в земле или нет. Судя по хорошему залеганию земли и ровному пушистому моховому ковру, искать в земле нечего.

– Смирнов – псих, – сказал Рождественский, – но он не убийца. И если бы ты дал себе хоть минуту подумать, что, впрочем, мало бы к чему привело, но все же, ты бы понял, что нам нужно всего лишь найти еще тела и связать их каким-нибудь общим основанием, чтобы доказать, что Смирнов не имеет отношения к убийствам.

Ой, ну как же ты меня достал, умный ты наш! Я, между прочим, и сам об этом почти подумал.

– Или насобирать для следствия доказательств, которых им не хватает, чтобы упрятать нашего клиента за решетку. Вы так умеете.

– Не язви, – огрызнулся Рождественский. – Я не мог игнорировать то, что было очевидно всем, кроме следователя. Трупы нужно находить и извлекать из мест, где их бросили. Живые имеют право проститься с родными. А наш подзащитный и так признал вину, но не говорил, где искать еще его схоронки.

Хуже я не сделал, тайну адвокатскую не нарушил.

– У адвокатской палаты было другое мнение на сей счет, – напомнил я.

– Палата может засунуть свое мнение куда подальше и постараться его переварить тем местом.

– Вот лишат вас лицензии…

– И что? Лишат, и что? Я, в отличие от тебя, изучал не только русское право, но и английское. Поеду в Великобританию и буду зарабатывать еще больше.