Роман Ангелины. Фантастический роман о фантастической любви

Но сегодня ночью забава будет для всех, ведь нет таких, кто б ни любил пограбить и понасиловать! Я вычищу нынешнюю знать, смердящую гнильём безвластья! Ты знаешь, жрец, что мне чужды самохваление и пустословие, и я не стал бы без нужды брать власть, но мне жалко народ Шумера! Он хиреет, вырождается без свежей крови! Я волью в него кровь вольных племён, я поведу его на Умму и Урук! Я создам великое царство!

Бирос спокойно слушал выспренние речи Урукагины, не проявляя внешне никаких эмоций, но внутренне он желчно улыбался:

«Давай, давай, пой громче, толстый павлин! Ты, я вижу, и сам веришь в то, что говоришь! Но забыл ты, патеси, одно: я, а не ты назначен Шамашем для власти! Ты ж всегда служил Нингирсу и Бау, а их влияние угасло! Но ничего, покрасуйся, порезвись.

Мне нужно от тебя одно лишь – возьми власть, а уж как её у тебя забрать, мы с Шамашем знаем!»

– Ты прав, Урукагина, тебя ждёт слава! Об этом и только об этом я молю Шамаша и Нингирсу.

– Я верю в тебя, жрец! Вместе с тобой мы будем вершить великие дела! – напыщенно произнёс патеси, но в голове его ход мыслей был иным:

«Нет, мерзкий старикашка, ты мне нужен только нынче, а потом, прости, но место твоё – на жертвенном столе.

Вот этой жертвой Нингирсу будет истинно удовлетворён!»

Но Бирос без малейшего труда читал в глазах Урукагины все его тайные помыслы, и нисколько им был не удивлён. Всё это было давно просчитано.

– Да, кстати, жрец, – вспомнил вдруг патеси, – а та рабыня после принесения жертвы тебе ведь будет не нужна?

– Что ж, забирай её, коль это для тебя так важно.

Но до завтрашнего дня даже и не косись на неё!

– Да до неё ли мне теперь! Я весь в предстоящем бою! Не знаю, буду ли я жив завтра, останется ли во мне хоть капля крови?!

– Ну, если ты и погибнешь, то за великое дело, – едва скривив уголки рта в едкой улыбке, произнёс Бирос.

– Нет-нет, я погибнуть не должен, иначе Лагашу не возвыситься. Только я смогу это сделать, только за мной пойдёт народ!

– Ты не погибнешь.

По крайней мере, не теперь, – задумчиво проронил жрец и тут же осознал свою оплошность.

Урукагина тоже это понял:

– Не теперь? А когда? Ты знаешь! Скажи!!

– Нет, уверяю тебя, я ничего не знаю. Я это сказал просто так, не подумав.

– Ты никогда ничего не говоришь, не подумав!

– Успокойся. Я действительно не знаю этого. Но завтра ты останешься цел, это мне сказал Шамаш! Когда же он примет нашу главную жертву, мы узнаем и всё дальнейшее.