Начальник Америки

Они быстро говорили что-то на местном жаргоне и вежливо, но решительно подталкивали его к выходу.

Яшка вернулся на рыбацкий остров и всё обдумал. За кораблями европейцев и даже за их командами следили. Соваться на шхуне в пасть к тигру не было никакого смысла. Он просто не потянул бы долгие переговоры.

В конце концов Яшка нашёл покупателя в Макао, куда его отвез все тот же торговец рыбой. Это тоже была незаконная сделка, но португальские власти смотрели на всё сквозь пальцы, а партия была не так велика, чтобы операцию заметили мандарины.

Яшка получил по пятьдесят пиастров за шкуру, что хотя и превышало охотские цены, не совсем отвечало надеждам. Говоря о великом спросе на калана мы с Лёшкой не учли фактор времени. Шкуры еще не стали известны в Кантоне, а в Макао не нашлось знатока. Для начала требовалось явить их народу, дать погладить густой мех.

И как раз Яшкин визит всё исправил. Ценность калана местные торговцы теперь должны были распробовать. Яшка фактически проложил дорогу для нашей грядущей торговли на десятилетия.

Впрочем и пятьдесят монет являлись деньгами немалыми. В накладе экспедиция не осталась. Кое что (чай, сахар, табак, несколько штук китайки) они купили у местной шайки, возможно той самой, что напала на них в первую ночь. Затем Яшка нанёс еще один тайный визит в Кантон. За деньги там продавали все без вопросов. Он накупил фарфора, картин, лакированных шкатулок, платков и прочих красивых мелочей для себя, семьи и команды.

Товару оказалось немного, а команда за время ожидания уменьшилась.

Помимо погибшего во время тайфуна ветерана и потерь в стычке с разбойниками они потеряли ещё двоих – алеута и индейца всанек, которые умерли от лихорадки.

Чтобы увеличить прибыль Яшка решил продать «Мефодия». Тут-то и оказал помощь бывший пленник Шэнь. Он поспрашивал тут и там и быстро нашёл покупателей – мутных парней с «воровских» островов. Возможно тех самых, каким суждено стать Гонконгом. Они давно хотели заполучить корабль европейской постройки, так что особенно не торговались.

Расплатились частью контрабандным чаем, частью испанской монетой, частью местными таэлями, которые были тяжелее, но чеканились из менее чистого серебра. В пересчёте на рубли получалось четыре с половиной или пять тысяч, что должно было удовлетворить и меня и Тропинина.

Яшкина ватага вернулась на «Кирилле», потеряв в итоге шесть человек (к команде правда, добавился китаец), но с карманами полными серебра и трюмами полными чая, фарфора, шелков.