Начальник Америки

Её подвешивали к тому же узлу, к которому крепились ванты и кливер-штаги, или как они там правильно назывались? Сооружение не выглядело надежным, особенно при большой качке, и матрос на всякий случай привязывал себя к мачте.

– Право руля! – тотчас крикнул Яшка и побежал к штурвалу. – Ещё правее! Держи вон на тот камень.

На «Мефодий» передали сигнал «делай как я». Шхуны повернули и приблизились к берегу так, чтобы оставить выдающуюся в море оконечность острова между собой и незнакомым парусником.

Здесь их поджидала другая опасность – негостеприимный высокий берег с большим количеством рифов и небольшой бухтой, покрытой белыми бурунами. Яшка приказал убрать прямой парус и поставить штатные. С ними он чувствовал себя увереннее.

– Кто бы это мог быть? – подумал вслух Лёшка.

– Для Кука рановато, – сказал я.

– Сколько там мачт? – крикнул Тропинин впередсмотрящему.

– Две или три, – ответил матрос. – Идут на юго-юго-восток.

– Испанцы? – предположил я.

– Пушки наверх! – На всякий случай скомандовал Яшка. – Готовимся к бою.

Возможно он просто хотел попрактиковаться в условиях близких к боевым. Потому что вступать в сражение с настоящим кораблем не хватило бы наглости даже у него. Поскольку пушкам требовалась обслуга, а штатная команда шхуны насчитывала всего шесть человек, то расчёты состояли из пассажиров. Так что теперь все получили законное право находиться на палубе. Вот только смотреть по сторонам времени ни у кого не осталось.

Мы с Тропининым затащили на крышу казёнки и установили в гнездо вертлюжную пушку. Получив огонь от матроса (тот высекал его огнивом), Лёшка раздул фитиль, уложенный в кадушке, приготовил пальник и заодно раскурил трубку. Тем временем я открыл ящик с зарядами, вставил в один из них запал и передал Лёшке. Эта модель фальконета перезаряжалась с казенной части с помощью железных цилиндров, содержащих порох, запальную трубку, пыж и мешочек с картечью – своеобразного прообраза унитарного выстрела.

Мощность такого выстрела была меньше обычного, подвижные детали замка быстро изнашивались, стенки на стыках прогорали, зато высокая скорость перезарядки позволяла поливать противника картечью почти без перерыва. Ну то есть в ящике имелось восемь готовых зарядов.

Чтобы не заблокировать косой грот, пушка ставилась на небольшой высоте – около пары футов, а обслуживать её приходилось сидя на корточках.