Библия смерти

Арийская кровь взяла верх над контролем разума и воспользовавшись должной справедливостью, Крюгер решил отомстить за порок его фамилии, отстояв честь семьи. План был придуман и очень прост – грабеж. После мнимого разоблачения преступника, Штраус прилюдно избил своего кровного отца, не питая к нему ни жалости, ни сожаления. После чего он лично отрубил ему обе кисти и заживо закопал в выгребной яме позади поместья. «Отец» смотрел на убивавшего его сына не отводя глаз, лишь молча пуская горькие слезы, без слов прося прощение.

Мать была вынуждена наблюдать за всем происходящим ужасом, но боясь за собственную жизнь, а также жизнь того монстра, которого породила (а ведь еще пять минут назад она считала его сыном), молчала и старалась скрыть воспламенившую в душе боль утраты. Штраусу тогда было шестнадцать.

После утекло много времени и Крюгер встав у руля, был уже совсем не тем юным дьяволом, он стал еще куда страшнее собственного предшественника, превзойдя своего вождя в правление Империей (даже Гитлер, обладая таким эгоистичным самолюбием, был намного мягче).

Долгие годы, правя миром, Штраус размышлял над завоеванием последнего недостающего кусочка Земли – Южная Америка. Адольф давно оставил эту идею, потеряв к ней полный интерес. Гитлер понимал, как наблюдавший за всей шумихой материк за прошедшие десятилетия сумел укрепить собственные владения и ему попросту не хотелось идти на них войной. Южная Америка стала сильным противником (несмотря на то, что она стала единственным).

Посчитав себя всемогущим, Крюгер не рассчитал силы врага и 18 марта 2015 года, понес значительные потери, напав малым войском. После было решено отложить затею на неопределенный срок. Штраус во второй раз выглядеть в дураках не имел права и решение пришло самим собой. Перебросив с Сибири стратегический запас секретного вооружения (подарок Гитлера), Крюгер 1 мая того же года, выжег территорию Бразилии дотла. За неделю вся территория материка превратилась в прах.

После вышеописанных событий еще прошло слишком мало времени, но о побеге каждый раб теперь боялся даже подумать.

Стефан. – Я же говорил вам, что совсем ничего не помню и долго пытался поверить в происходящее, как в заправду.

Старик (взявшись за кружку воды). – Нам от этого не легче. Крюгер не прощает ошибки, тем более рабов.

Стефан (разводя руками). – Да я даже не знаю о ком вы все толкуете.

Старик (продолжая свой короткий завтрак).