Библия смерти

 – Не тро-огайте меня! Убирайтесь про-очь! Я требую немедленно-о меня о-отпустить.

Доктор Коттон. – Закрепите его голову покрепче. Не хочу повредить его горло, когда начну вырывать гланды.

Сэмюель (крик только усилился). – Я сказал не смейте прикасаться ко мне!

Дикенсон, вырываясь изо всех своих сил, оторвал крепление правой руки и пока присутствующий медперсонал пытался усмирить его демонский напор, Сэм воспользовался украденными ножницами, вонзив их в глаз ассистенту доктора Коттона.. Они так глубоко засели в его глазном яблоке, что бедный студент не успел выдернуть их обратно.

Отойдя назад на пару шагов, врач рухнул на земляной пол, подергиваясь в предсмертных судорогах. Адреналин хлынул в голову и Сэму казалось, что он сумеет выбить свою свободу голыми руками, но в глазах резко потемнело, руки больше не слушались собственное тело, опустившись как плети и он бездвижным камнем обмяк на операционном столе. Кровь окрасила хромированное подстолье и в комнате пыток воцарилась секундная тишина, разорванная воплями Генри Коттона.

Доктор Коттон (размахивая руками). – Какого черта ты натворила! Кто тебя просил его убивать.

Сэм уже не слышал этих слов. Лежа со скальпелем у левого уха, он медленно прогружал локации своего нового пробуждения.

Пробуждение четвертое.

Осознание пережитого ужаса свежими извилинами отложилось в мозгу Дикенсона. Он твердо знал, что ему делать дальше и выжидал появления серийной медсестры. Пока он жив, она ему не помеха, но представляя, как часто ей доводилось разделывать его тело, заставляло вставать дыбом волосы даже на кончиках пальцев.

Сегодня «Веселая Джейн» пришла с небольшим запозданием. Он думал, что где-то минут на десять-пятнадцать, но выжидать такие крохотные минуты было крайне невыносимо.

Пока Топпан занималась приготовлением студента для отправки к дантисту, он умудрился отвлечь ее взгляд в сторону выхода и вытянул из кармана ее серого, от прожитого времени, халата связку ключей, припрятав их в свой тоненький матрац.

Оставалась лишь надеяться, что после очередного зверства Сэма доставят обратно в его палату.

Описывать очередное издевательство над его челюстью не имеет смысла, ничего нового из злорадства дантиста узнать не получиться. Отойдя от морфия, студент ожидал своей участи. Надежда как можно скорее оказаться в своей палате и дождаться ночи, во что бы то ни стало, придавало его нервам стойкость и мужество.

Его ждал сюрприз!

Доктор Коттон.