Живым или мёртвым, или Зомби

Как увидит их чёрно-серые рожи, выпученные слепые глаза и рваные раны так холодок ужаса накатывает вперемежку с тошнотворной брезгливостью. У Тараса с детства на змей и пауков такая же реакция была – страх и отвращение. Но к паукам и змеям он притерпелся, а вот с живыми мертвецами как-то не заладилось.

– Ладно, ребята, давайте займёмся делом, – сказал лейтенант.

Провозгласив повестку дня с пафосом, достойным Томаса Джефферсона, он уселся в узкую полоску тени под бронёй, передав бразды штаб-сержанту.

– Доставай чёртовы коробки, – приказал тот.

Артур начал выставлять на рампу коробки из десантного отсека, Тарас вскрывал их ножом и потрошил. Из коробок извлекались тонкие яркие книжки. Текста в них не было, за исключением нескольких крупных букв, а картинки имели только два цвета – оранжевый и синий.

– Жуть, – сказал Микка, перелистав одну из книжек. – Как на такое вообще можно смотреть? Я чуть не окосел от пары страниц.

– Британские учёные доказали что зомби воспринимают только эти два цвета, – сообщил Ли.

 – Так устроено их зрения, их палочки и колбочки.

– Тычинки и пестики, ёлки, – ругнулся незлобно Тарас.

Зомби-детки выглядели неважно, но всё же лучше того, что порой показывают телеканалы. Простой зритель давно пересытился и чтобы его впечатлить редакторы подбирали картинки из стран с повышенной влажностью от которых волосы дыбом вставали. Здесь всё было не так запущено. Разложение плоти в Западной пустыне вообще происходит медленно из-за жары и сухого климата – здесь до сих пор находят в песках мумифицированные трупы тысячелетней давности, с природным асфальтом вместо мозгов, отчего они и не превращаются в зомби.

Так что у местных трупаков разложение по сути останавливалось. Да и вид здешних обитателей был чуть более опрятным нежели на иных территориях. Никаких гнойных язв, копошащихся червей или личинок, как в Приморской провинции или в Дельте. Мухи кружились вокруг, облепляли тела и даже откладывали яйца в раны, но солнце и горячая мелкая пыль стерилизовали их полностью. Тем не менее требовалось время чтобы привыкнуть к виду трупных пятен и ран. А мёртвые взгляды детских глаз снились по ночам каждому, за исключением, может быть, их инфантильного взводного да чёкнутого Артура.

Зомби-детки, в отличие от взрослых особей, даже умели говорить. Правда их лексикон не отличался разнообразием, а разобрать слова не всегда удавалось.

– Нет колы, – в сотый раз отвечал Тарас. – Нельзя вам, дурням, колу. Гной потечёт и всё такое.