Курган 3. Пекло

В нем суть беса, в нем частица демона!

– Ой ли? Зачем тревожить проснувшееся? Да и демон, о котором ты говоришь, тоже иного мира. Пролетит время и все станет как прежде!

– Отнятая у меня могила должна вернуться.

– Нет! Ты знаешь, какое место скрывает этот курган. Его трогать нельзя… Тот курган не в твоем мире, у тебя нет на него права. Как только ты возьмешь мальчика – начнется начало конца. Исчезнет порядок мироздания. Мертвые начнут оживать и вновь умирать. А живые будут умирать в рассвете лет и вновь оживать в младенчестве и старости.

И так без конца. Порядок, что установил Род – порядок на все времена. Если он исчезнет, то порушится все. Уйдут и люди, и духи, и боги. Сгинет все живое и неживое. А потом исчезнет и Род, ибо невозможно создать что-нибудь вновь из ничего, исчезнешь и ты. Добромил будет твоим. Потом. На время… Но не сейчас, и не в моем мире…

Мальчик ничего не понимал. Разговор богинь – а он уже не сомневался, что Моране противостоит богиня – внушал трепет.

Вдруг княжич почувствовал, что тьма стремительно отдаляется от него, и вокруг вновь появился тот неведомый мир, в который занес его Дичко. А сзади скачет Прозор, и что-то дико кричит. Наверно, ему… Княжичу показалось, что его сердце вдруг сдавила ледяная рука, и он лишился чувств…

А Прозор уже не чаял нагнать Добромила. Уж слишком резвым жеребцом показывал себя Дичко.

Богатырь нещадно гнал своего могучего коня. Не жалел ни его, ни себя. Никогда он не мчался столь быстро! Но все попусту.

Княжич уходил вперед. Все дальше и дальше.

Где-то вдали за Прозором скакали Борко и Милован. За ними гнался старик Любомысл. Они безнадежно отстали. Их кони не выдерживали бешеной скачки. Прозор оглянулся на спутников, смерил расстояние до Добромила и выдохнул сквозь зубы: – Что ж это такое?! Что за бес в Дичко вселился!..

Может, так оно и было. Может, Дичко овладели злые силы. Прозору почудилось, что округ Добромила, вровень с ним движется сумеречная тьма.

Казалось, к мальчику и коню со всех сторон тянутся острые темные языки. Чуть ли не касаются их. Будто хотят облизать, но не дотягиваются.

«Точно! Дело нечисто!..»

Вдруг предводитель увидел нечто необычное, что никак не укладывалось в голове.

«А ведь Дичко-то уже не несет! Эвон, как ровно идет! И рысью, спокойно – а не скачками… И на дорогу выскочил, значит ног по кочкам не перебьет. А ну-ка!.. Не подведи, гнедой!..