Корса. Дорогой вора

Наша борьба длилась почти пять минут: умирающий человек против крысы. С трудом перехватив животное за шею, сделал резкое движение, и позвонки хрустнули. Издав последний писк, крыса испустила дух. Эта короткая схватка забрала у меня все силы. Уронив голову на землю, я потерял сознание.

Вновь удалось открыть глаза, когда на ночном небе уже взошли луны. Перевернувшись на спину и отодвинув от себя труп невезучего любителя падали, я подполз к реке и утолил жажду. Вернувшись обратно к мертвой крысе, с трудом принял сидячее положение, облокотившись спиной на торчавший из земли булыжник.

Мутный взгляд уперся в темноту, разлившуюся вокруг. Сил выносить это состояние больше не было. Все окружающее пространство пропитали запахи пота, крови и экскрементов. Последнее меня злило сильнее всего. Гордость настойчиво протестовала против хождения по-большому в штаны. По крайней мере, с возраста трех лет, ну и как минимум до восьмидесяти…

Нужно либо заканчивать с этим, либо как-то выбираться. Тянуться так дальше больше не может.

Мой взгляд упал на труп крысы. С чего-то надо начинать… без еды я загнусь наверняка.

Взяв в руки тело животного и помедлив пару мгновений, смирился с неизбежностью, что развести костер сил просто нет, и вгрызся в бездыханное тельце, пытаясь зубами разорвать шкуру и добраться до мяса, надеясь на то, что оно не успело испортиться. Поедание сырого мяса отобрало все силы. Откинув от себя почти полностью обглоданный скелет и куски шкуры с внутренностями, я лег на землю и уставился на луны.

В голове настойчиво крутились мысли на тему, сколько проходит времени от смерти до появления трупного яда, а также какая концентрация становится опасной для жизни. Жизни… на лицо наползла кривая усмешка. Мое состояние жизнью не назовешь. Да и если брать концентрацию, опасную для здорового человека, в моем случае ее смело можно делить на десять. Хотя я ничего не теряю. В любом случае эта агония когда-нибудь должна закончиться. Так или иначе… В этот раз получилось уснуть, а не потерять сознание.

Пробуждение произошло от того, что на лицо падали капли мелко моросящего дождя. Открыв глаза, я смотрел в ясное небо. На светло-голубой лазури не было и следа туч. Капли дождя словно появлялись сразу у самой земли. Прислушавшись к организму, с немалым удивлением понял, что этот раунд борьбы с болезнью остался за мной. Жутко болел весь левый бок, но это была обычная боль поврежденных тканей, а не воспалившейся раны, что не могло не радовать.