Девятихвостая академия

 – Ладно, и что в итоге? Неужели совсем ничего не выдадут за просто так?

– Можно посмотреть… Но сначала я всё-таки попробую найти хоть что-нибудь у себя, – растерянно произнесла лисичка, взмахом руки зовя Лео с собой.

Спустя десяток долгих минут, за время которых им не раз попадались кицунэ, прожигающие новичка любопытными взглядами, Шакко вернулась к своей комнате и открыла дверь. Подойдя к шкафу, она обернулась, позвала Лео и, когда тот закрыл за собой, использовала отпирающее заклинание.

– Погоди здесь, я быс…тро, – внезапно замерев возле шкафа, Шакко захлопнула дверцу и пробежалась по всей комнате, рассматривая пол.

– Что-то не так?

Молча закончив бегать, Шакко вернулась к шкафу и распахнула дверцу, после чего нагнулась и принялась рыться в каком-то хламе, что находился внутри. Лео невольно глянул на то, как её мини-юбка раскачивается каждый раз, когда хвост ходит из стороны в сторону, но всё же отвёл взгляд, покачав головой. Они всё-таки ёкай… Красивые, но опасные.

Но юбка ей чертовски шла, этого не отнять.

Шумно сглотнув, девушка помахала рукой, и Лео подошёл ближе, заглядывая вместе с Шакко внутрь: на дне шкафа образовалось отверстие, удивительно похожее на размеры звёздного камня, но сам камень куда-то исчез – остались лишь следы на полу.

Глава 4. Пропажа и проверка

В комнате на двенадцать татами[23 - Татами – (яп. ?, дословно «складывание; то, что складывается») – маты, которыми в Японии застилают полы домов (традиционного типа).

Татами имеют строго определённые площадь и форму. В Японии площадь комнат традиционно измеряется в татами, что учитывается при постройке дома.] было очень тесно: довольно громоздкий низенький столик из тёмного дерева остался стоять в стороне, а большую часть свободного пространства занимали преподаватели-кицунэ, практически не мигая смотрящие на Бьякко. Появившись совсем недавно вместе с Ями, она отошла в сторонку и молча взяла кисэру – длинную курительную трубку с полметра длиной, украшенную несколькими бриллиантами, отчего вещица искрила от падения малейших лучиков света.

Медленно наполнив кисэру табаком, лисица вызвала крохотный огонёк на ногте, чтобы поджечь, и, втянув дым, вальяжно выдохнула, окидывая взглядом замерших кицунэ, к которым присоединилась Ями.

– Как я уже говорила, сегодняшняя практика невероятно важна, и не имеет значения, как вы к этому относитесь, – строго произнесла Бьякко.