Ворота Сурожского моря

В эту же тысячу зачислены были и другие знакомцы ребят, сейчас занимающиеся где-то на другом конце огромного поля, раскинувшегося меж двух донских проток. Семка Загоруй, Ратка Иванеев, коваль Гарх Половин… Правда, опытные бойцы не столько сами оттачивали навыки владения саблей, тут им равных особо и не находилось, сколько молодежь подтягивали.

Тренировки продолжались вторую неделю. Есаул Рынгач и старшина Фроська Головатый гоняли народ с утра до вечера. К освобожденным гребцам с каторги Кудей-паши старые казаки относились снисходительно.

Частенько, вместо того, чтобы отправлять парней на стрельбы из самопалов, возвращали к котлу – за внеочередной порцией каши. Ребята, под беззлобные смешки товарищей, охотно направляли коней к едальне. Поесть лишний раз завсегда на пользу, да и понимали – без силы много не навоюешь.

К исходу второй недели бывшие пленники начали понемногу округляться. Уже не так выпирали ключицы, не вострились подбородки с первыми кудряшками вновь наметившихся бород (старые, неухоженные все посбривали), и ребра на голых торсах уже не все можно было сосчитать с первого взгляда.

Да и уставать стали значительно меньше.

Продвигалось и обучение ратному делу. Почти все парни, натасканные в семьях отцами и дедами, неплохо владели саблями и ножами. Опытным наставникам оставалось только малое: кому-то подсказать новый прием, где-то отработать не очень четкое движение. Сложней всех ученье давалось Дароне. Парень из мужицкой семьи, предки из оружия только вилы знали да цеп.

Вруну пришлось познавать сабельную науку с нуля. К исходу десяти дней у настырного парня кое-что начало получаться, но все понимали: идти с такими знаниями на татар – чистое смертоубийство.

Прознав про его уменье заговорить кровь, залечить рану, лихоманку какую одолеть, ведун Гераська предложил парню перейти в обоз, где организовывалась лекарня. Но Дароня категорически отказался.

«Все воевать, а я болячки врачевать? – объяснял он товарищам. – Нетушки. Ежели чего, и так помогу, чем смогу.

Но с лошади не сойду».

Атаманы уважили решение парня. На смерть идет, не в кустах отсидеться, тут не запретишь. И оставили в покое. Фроська, видя, что с саблей у того дружба не очень ладится, предложил вооружить парня кистенем. Силушка в руках имелась, с головой дружил. А техника у кистеня проще, за пару недель можно главные приемы освоить. Так и вышло. Дароня целыми днями вертел ядро, прилаженное прочным кожаным ремнем к кистенищу.