Сострадание к врагу

Их уши чуть крупнее и острее, чем человеческие, а челюсти гораздо шире. Глаза, напротив, казались маленькими под густыми нависающими бровями. В глазах не было ни малейшей искры разума, в них не было интереса или какой-нибудь другой естественной для человека эмоции. От такого взгляда сразу становилось нехорошо на душе. Так палач, утомленный своей работой, мог бы смотреть на очередную жертву, к которой не испытывает совершенно никаких чувств. Оба существа были высокого роста, слишком высокого для земного человека, примерно на две головы выше Капитана.

Их тела были отнюдь не стройными, а, скорее, плотными, коренастыми и грузными. Оба были бородаты, руки покрыты густыми волосами.

– Идти за мной! – приказал один из чужих, и Капитан послушно последовал за ним. Слова произнесены без всякого акцента. Капитан пока не понимал, как это возможно. Скорее всего, у новых знакомых имелись какие-то электронные устройства, встроенные в гортань, и приборы правильно модулировали звуки чужого языка.

Во внутренних коридорах корабля царил абсолютный порядок, что никак не вязалось с громадными дырами в обшивке – последствием недавней схватки.

Шли долго. Искусственная гравитация лишь немного ниже земной.

Там, где коридор разветвлялся, Капитан заметил помещения странной округлой формы. Везде было пусто. Наверное, они потеряли почти всех людей в бою, подумал Капитан. Сколько их осталось?

Они остановились перед закрытой дверью. Один из чужих взял Капитана за шею и бесцеремонно пригнул вниз. Дверь открылась, и Капитан получил тычок под ребра, от которого сразу задохнулся.

Эти существа обладали громадной силой. Человек в их руках был не более чем куклой. Если бы они захотели, то без труда оторвали ему ногу, руку или голову.

Его голову и спину вставили внутрь какого-то жуткого на вид аппарата. Множество присосок выдвинулось со всех сторон. Присоски перемещались, чавкали, хлюпали и казались живыми. Они прилипли и начали тянуть, причем довольно болезненно.

Капитан хотел что-то сказать, но тяжелая рука придавила его шею.

И вдруг резкая боль, от которой едва не потерял сознание. Он захрипел, его тело пыталось вырваться, но не могло. Что-то входило в его шею, ввинчиваясь, врастая, разламывая и раздвигая кость. Его вытащили из аппарата и толкнули вперед. Капитан упал на колени. Он не мог подняться. Стоявшие сзади сказали несколько фраз на незнакомом языке. Затем его опять толкнули, и он упал. Последовали еще несколько слабых ударов под ребра.