Сострадание к врагу

Она почти ничего не говорила, но когда говорила, то выражалась совершенно правильно. У нее была небольшая сумка, возможно, с личными вещами.

– Как тебя зовут? – приветливо спросил Капитан.

– Йец.

– Йец? Очаровательное имя. Я хотел так назвать свою дочь.

Чужая подняла на него глаза и впервые посмотрела внимательно. До сих пор она смотрела в пол.

– Вот и ладненько, – сказал Капитан. – Есть хочешь?

Девушка отрицательно замахала головой.

– Понятно, значит, хочешь. Сейчас пообедаешь, а потом продолжим разговор.

Кстати, ты не только прекрасно говоришь, но используешь наши жесты. Как ты этому научилась?

– Это здесь, – Йец постучала себя пальцем по правому виску.

– Понятно. Яблочный пирог не обещаю, но кое-что для торжественного случая у нас припасено. Ведь сегодня торжественный случай, правда, Денисов? Встреча двух дружественных миров. Развлекай нашу гостью, что ты молчишь?

– Э-э… – неуверенно начал Денисов, – тебе нужна медицинская помощь?

– Нет! – почти выкрикнула Йец и снова уставилась в пол.

– Ну, вы тут воркуйте, – сказал Капитан, – а я займусь продуктами. Зовите, если что.

Чужая ела с жадностью всё подряд. Она даже не смотрела на то, что ест.

Засовывала в рот всё, что было на столе. Капитан ожидал, что, наевшись, она расслабится, но этого не произошло.

– Я спряталась за ящиками, – объяснила Йец, – я надеялась, что вы меня не увидите. Только не надо отдавать меня обратно. К ним.

– Почему?

– Вы не знаете их.

– Положим, что немного знаю. Почему ты сбежала?

– Не скажу.

Там было плохо. Они меня не простят. Никогда не простят.

– Что за шрамы на твоей руке?

– След от плетки.

– Но это похоже на след когтей.

– Плетка была с металлическими крючками.

– Понимаешь, девочка, – сказал Капитан, – у меня на борту семь пассажиров, которые заплатили деньги, чтобы добраться туда, куда они хотят. Мне же платят деньги за то, чтобы я их возил. То есть доставлял к месту назначения.

– Орро-о-о-о-о-ро-ор! – вдруг прорычала Йец на своем языке.

 – Простите, я не хотела этого сказать. Само вырвалось.

– Ничего, ничего, я иногда и не такое говорю. Как сорвется с языка, так сам удивляешься. Как же ты научилась говорить по-нашему?

– Это здесь, – она указала на свой висок, а затем отодвинула прядь волос. Там был небольшой разъем, величиной с пуговицу на рубашке. – Мы подключаем сюда любую новую информацию. Ваш язык я скачала за пятнадцать секунд. Не надо только меня возвращать. Я хочу быть с вами.