Боро Мэй. Проводник Света

Потом он подошёл к Свержу и нахмурился, оглядывая воина:

– Когда Онна его лечила?

Биги удивлённо поднял глаза на Кана:

– Сегодня… А как ты узнал?

– Я столько лет её знаю, что остаточный след её выучил наизусть. И она не заметила заклинания времени? Странно…

– Когда она его лечила, кровь сворачивалась чёрными корками. Мы все это заметили, но не придали значения…, – пожал плечами Биги.

– Вы-то понятно, – отмахнулся Кан, – он Онна! Она должна была заметить! Мы бы не потеряли столько времени, и не пришлось бы его спасать.

Рикун покачал головой, не соглашаясь:

– Я так не считаю, Кан. Кто бы мог представить, что нападут свои же? С этим нужно серьёзно разбираться! И это, почисти его всё-таки. Возможно, не только магия времени его свалила. Слишком долго не приходит в себя.

Кан склонился над Свержем и пустил зелёную волну. Зашипев, магия эльфа окутала воина и с усилием проникла в тело. И тут же из-под него начало растекаться болотное марево с ужасным запахом.

– Фу! – Биги зажал нос ладонью, – Что это такое?

– А это заговорная магия. В сочетании с магией времени труп разлагается за несколько минут, – серьёзно проговорил Кан, усиливая волну очищения.

– Что-то мне это напоминает, – нахмурился Рикун, – был у нас когда-то один шутник. Помните швейцара из салуна? Вот таким же сочетанием магии и заговора его и превратили тогда в зомби.

– Сверж теперь станет зомби?! – ужаснулся Биги, размахивая рукой смрадный запах.

– Не переживай, мы успели его спасти, сейчас в себя придёт, – и Кан наклонился к воину поближе, – Сверж, давай, возвращайся.

– Как там его звали? – задумчиво произнёс Рикун, присаживаясь у дерева.

– Кого? – не понял Иени, внимательно следя за Каном.

– Того парня, который швейцара живоупокоил.

– Итхи, по-моему, – бросил Кан через плечо, поднимая голову Свержу повыше.

Воин сделал глубокий вдох и открыл глаза.

– Ну, вот и славно, – улыбнулся ему эльф, – теперь набирайся сил и рассказывай, как догадался-то?

Сверж разлепил сухие губы и хрипло произнёс:

– Мне казалось, что пришла Лея, и я смотрел на неё и думал, что времени уходящего совсем не жаль, вечно бы любовался… И тут же словно стукнуло в голове… Время!

Рикун кивнул:

– Вовремя, что называется. У тебя оставалось минут пять, не больше.