Кинодетективы. Двенадцатый выпуск

Рана очень серьезная.

26

Нелюдим осматривает дом Зуева. В центральной комнате, которая служит залом, кухней и столовой, он останавливается у кухонного стола и открывает ящик. Достает нож и с силой вбивает его в разделочную доску. Остриё ножа блестит от света лампочки, висящей под потолком. Нелюдим открывает холодильник и достает из него бутылку с молоком. Открывает бутылку и жадно пьет.

Далее проходит в комнату, в которой стоит кровать. Кровать аккуратно застелена цветным покрывалом. На кровати сложены друг на друга три подушки разной величины.

Внизу лежит небольшой домотканый коврик. На стене – большой ковер. У кровати – тумбочка. На тумбочке лежат очки и книга с детективами. Комната с одним окном, которое завешано тяжелыми шторами.

Вторая комната, в которую попадает Нелюдим, приспособлена под кабинет. В нем – два окна. К одному из них придвинут письменный стол, на котором стоит ноутбук. У второго окна – большое высокое кресло. На подоконнике сложены в стопку книги. Это книги по юриспруденции.

Одна стена занята шкафами с книгами, а вторая – фотографиями.

В центре висит фотография молодой женщины с ребенком. Нелюдим останавливается перед этой фотографией и долго-долго рассматривает снимок. Желваки играют на его изуродованном лице.

27

Ганошин проводит ночь в подвале заброшенного дома. Он вертится на бетонном полу, стараясь заснуть, подстелив под голову скомканный пиджак.

28

Баба Вера со свечной в руках идет по комнате. От свечки на стенах образуются уродливые тени.

Баб Вера наталкивается на стул, плюется и тяжело вздыхает:

БАБА ВЕРА: Прости, Господи, за слова мои грешные. Но что они сдохли… эти ироды проклятые, что станцию взорвали. Чтобы у них руки покрутило, а ноги – скривило.

Она ложится на кровать, свечку на подставке ставит на табурет, стоящий рядом с кроватью. Креститься и дует на огонь. В комнате наступает тьма.

29

Якушев ест за столом, а Носов готовиться спать. Он снимает кроссовки и разминает пальцы на ногах.

НОСОВ: Кайф!

ЯКУШЕВ: Что ты делаешь? Я же ем.

Носов поворачивается к нему.

НОСОВ: Не понял?

ЯКУШЕВ: Иди помой ноги, кретин.

НОСОВ: Нежный?

Носов нюхает ногу, понимает, что Якушев прав, недовольно поднимается и идет в душ.

ЯКУШЕВ: Можешь заодно и носки постирать.

Носов возвращается и забирает из кроссовок носки.

ЯКУШЕВ: И кроссовки за дверь поставь, чтоб проветрились.

Носков берет и кроссовки.

ЯКУШЕВ: Спим по очереди.

НОСОВ: Ясный перец. Я – первый.