Кинодетективы. Первый выпуск

– Ясно, Сан Саныч, – кивает Фирсов, – А как на счёт органов на продажу?

Эксперт Калинин отрицательно качает головой:

– Версия с трансплантацией органов отпадает, Геннадий Антонович, сразу. Я лично проводил вскрытие. Все органы на месте. И что удивительно: все здоровы, хоть и жили, черт знает, где и пили, черт знает что. У меня всё.

Калинин садится. Снова из-за стола встаёт Соловец.

– Версию ограбления мы в расчет не брали. Все убитые бомжи, а они, как все знают, живут не богато.

– Ну, это смотря, какие бомжи, – вставляет с места Рыданов, – Иной целый день в метро подаяние просит, а вечером в загородный дом возвращается, такой высоты, что на всю округу видно.

– Эти по ночам в подвалах ночевали, – сообщает Соловец, – Это уже выяснили.

– Если трансплантация и ограбление отпадают, что же остаётся? – Интересуется полковник.

– Мы разработали три версии, – говорит Соловец, – Первой занимается лейтенант Савина.

Савина поднимается с места. Калинин тянет руку.

– Сан Саныч, вы хотите что-то добавить? – Спрашивает Фирсов.

– Нет, товарищ полковник, – говорит он, – Если я не нужен, я хотел бы уйти: работы выше крыши.

– Идите.

Калинин поднимается и тихо выходит из кабинета. Проводив его взглядом, Савина поворачивается к Фирсову:

– Мне поручено разработать и проверить версию убийств с целью получения жилья. Выяснив фамилии убитых, а это было не просто, я провела проверку, которая показала, что двое из убитых бездомные, а у третьего оно имеется.

Я побеседовала с председателем домового комитета, с представителем ЖКХ, с паспортисткой. Третий убитый прописан по своему адресу. На его жилплощадь после смерти претендуют только близкие родственники.

– Так может родственники его того-этого? – Высказывает предположение полковник Фирсов.

– Я проверила, – отвечает Савина, – У всех есть алиби.

– Можно узнать какое?

– Они уже десять лет проживают в Америке и здесь не появляются.

– Чего же они его с собой не забрали?

– Не захотел.

Снова с места отзывается Рыданов:

– Вот чудик! Значит, в подвале ему лучше, чем в Америке?

А Глушко добавляет:

– Ничего ты не понимаешь, Андрюша. Лучше на вонючей родной помойке, чем на загнивающем чужом западе.

– Чего ж он дома не жил, а по подвалам шастал? – Интересуется Фирсов.

– А в его квартире ещё долго нельзя будет жить, – объясняет Савина, – Я была в ней. Он из неё филиал мусорной свалки устроил. Жуткое впечатление.