Василиса+говорящая

– А как ей теперь помочь? Можно мои слова обратно взять?

Ваня задумался и покачал головой:

– Не стоит… Ради такой малости время возвращать не стану. А Ленке будет впредь наука, чтобы всем подряд глазки не строила! – и, заметив мой тоскливый взгляд, попытался утешить: – Ну, не расстраивайся ты так! Ты ж не знала… Санкций никаких не будет…

Я уже поднялась, собираясь на работу, и тут ухо резанули его слова:

– Санкций? Это как?

– Понимаешь, – помялся Ваня, ставя кружку в раковину, – у нас за проступки наказывают…

И он понизил голос до шёпота:

– Они всё видят…

Я совсем запуталась и с обречённостью плюхнулась обратно на табурет:

– Я уже ничего не понимаю! Кто они? Какие санкции? Кто-нибудь мне объяснит, в конце концов!

– Ты на работу опоздаешь, – уклонился он от ответа и пошёл к двери, – зонтик не забудь!

Дверь хлопнула, а я так и осталась сидеть на кухне, глядя ему вслед.

Вот свезло так свезло! Нежданно-негаданно угодила в какую-то секту ненормальных, обзавелась ядовитым языком, так и ещё под надзор попала… Тоска-а…

Вздохнув, глянула на часы и бегом засобиралась.

Время ждать меня не хотело.

Весь день на работе мысли крутились вокруг утренних событий. Надо было у царевича спросить, будет ли помнить меня тётя Валя или нет…

Хотя, если вдуматься, раз для меня время назад вернулось, может, и для них тоже? А тогда не было меня в Саратовской области сегодня … А жаль. Хорошая она, Валентина. Только одинокая…

Стоп! В какой-то момент я начала соображать.

Если я – говорящая, может, помочь ей, ведь что я пожелаю от всей души, исполнится… Но пользоваться своей силой мне было отчего-то страшно. Вдруг не то пожелаю…

Всю дорогу домой я в толпе в метро выискивала глазами Ивана, надеясь узнать у него то, что весь день не давало мне покоя. Однако до самого дома так его и не встретила.

Сверкнувший надписью «Продукты» магазинчик напомнил мне о пустом холодильнике.

– Ну что ж, шопинг так шопинг.

К моему великому изумлению на кассе сидел Вахтанг.

– Вечерочек, Вахтанг Георгиевич, – улыбнулась я, – а чего это вы сами на кассе сидите? Продавщицы ваши поувольнялись, что ли?

Старый грузин поднял на меня тоскливый взгляд:

– Хуже, Вася, Ленку тут чуть днём толпа мужиков не изнасиловала… Она мне фартук в лицо кинула и сбежала. Сам, говорит, торгуй, тебя не тронут. А Верка не вышла, позвонила, сказалась больной.

Я залилась краской и закашлялась, вспоминая утреннее проклятие.