Василиса+говорящая

Я смогла его основательно разглядеть. Да, не зря я мчалась от него сломя голову, такой запросто мог оказаться маньяком. Вон какой глаз бешеный. Я пригляделась к глазам и нахмурилась. Цвет был необычного красно-бордового оттенка. Как у вампира из фильма. Повисев у меня перед глазами, картинка задвигалась дальше, показывая теперь то, что плавало в воде. Палочки сложились в фигуру человека. Вернее, женщины. Такие рисуют на заведениях «М» и «Ж». После этого свет погас так же резко, как и вспыхнул.

От неожиданности я ойкнула и потёрла глаза руками:

– Предупреждать надо! Я так и ослепнуть могу!

Дверь со скрипом распахнулась, и оттуда показалась рыжая шевелюра:

– Выходь! Пойдём, попробуем снять звуки, – махнул мне Родион рукой.

Усадив под какой-то колпак с лампочками и проводами, он улыбнулся мне:

– Так смотришь, будто я зверь какой-то. Не бойся, больно не будет!

И надвинул колпак прямо на глаза мне. И снова передо мной поплыла картинка с мужиком.

Он что-то шептал и шептал, повторяя много раз одни и те же движения. Из чего я поняла, что Родион гоняет этот отрывок, чтобы разобрать речь мужика. Постепенно звук начал проявляться. Будто издалека приближаясь ко мне.

То, что в конечном счёте проявилось, было для меня чистейшей абракадаброй. Что-то типа: «Бу-бу-бу, ду-бу-ду, ба-да-ба, ба-ба-ба».

Во всяком случае, именно так мне и показалось.

Но Родион, снимая с меня колпак, светился, как начищенный самовар:

– Василиса, вы чудесный экземпляр! Работать с вами – одно удовольствие! – и он склонился в шутливом поклоне.

– Это значит всё? – радостно воскликнула я, поднимаясь, чтобы уйти.

Но тот только покачал головой и пожал плечами:

– Это, увы, только начало. Но даже этого вполне хватит, чтобы его определить. Ванька уже ускакал за Сан Санычем и Костей. Наверняка будут до утра расшифровывать…

– А я? – как-то стало грустно, что Иван ушёл, не предупредив меня.

– А ты, вернее мы, пойдём раздеваться, – и он очень ехидно посмотрел на меня, похихикивая.

– Ещё чего! – возмутилась я. – Не собираюсь раздеваться…

– А придётся, – вздохнул Родион, – я не могу живого человека заложить в атомный реактор. Идём, у нас для этого есть халат и тапочки одноразовые.

В комнате для переодевания было тепло и чисто. Для моей одежды я получила корзину из пластика.