Подарок, которого не было

И вот так, вспоминая наставления и заметки на полях, она сначала стала помогать родителям, а потом уже весь поселок обращался к ней, если ветеринары разводили руками. Познала Мария Павловна и темную сторону колдовской мудрости, но пользовалась редко – прабабка дальновидно предупредила, что за всякое беспокойство злых духов надо платить.

Именно так, спасая дочь от недуга, она потеряла мужа. Врачи разводили руками, настаивая на госпитализации в столице: двухсторонняя пневмония в раннем возрасте – ребенок сгорал на глазах.

Для ворожбы нужна была живая рыба, она и послала мужа наловить, потом сварила уху с травами и в первое полнолуние, в обход медиков, дала дочке пару ложек бульона. Та сразу и пошла на поправку. Вот только Мария Павловна запамятовала, что колдовство не допускает чужих рук, все надо делать самой. Муж стал словно одержимый, все куда-то рвался, стал пить и вот так, с похмелья, провалился под лед. Потеряв мужа, она приобрела двух внуков. У Тимура судьба была ровной, главное, не гоняться за деньгами – и можно прожить долго и счастливо, а с учетом того, что он не умел их хранить, только тратил, баба Маня не беспокоилась. Проблемным был Сашка. Так сложилось, что он родился в день противостояния духов земли и огня, а значит, земля будет благоволить, а пламя – жалить. И нет от этого спасения, пока не перерастешь все козни стихии. Баба Маня знала об этом как никто иной – она родилась с внуком в один день, и в свое время, ничего не объясняя родителям, её от гибели уберегла прабабка Марфа, подарив ей долгие годы жизни. У Сашки ключевым годом борьбы двух стихий был двадцатый год жизни, а потом жар стихии поостынет. И вроде все понятно, но духи природы, как ловцы, непрестанно зовут на гибель неокрепшие души, и этого не изменить, если, конечно, не знать предначертанного.

– Прости меня, боженька, – перекрестившись, старуха достала старый ридикюль – от лукавого читать чужую жизнь. Подперев дверь, она приготовилась к ритуалу.

За окном светила полная луна, и весь поселок давно спал, до рассвета осталось меньше часа, но больше и не понадобится.

Она вытащила сверток с детскими волосами и положила перед собой свечки, оборачивая каждую по часовой стрелке прядью волос, неразборчиво бормотала, казалось, бабка бранит кого-то невидимого, но в каждом слове был сакральный смысл. Чиркнув спичкой, она зажгла скрутку – запах горелых волос вмиг разлетелся по комнате. И под монотонное бурчание капли воска упали в воду, создавая причудливый узор.