Не загоняй медведя в угол

 – Как ты эту грёбанную гору железа за ночь спрячешь?! Прошмандовку эту не надо было к нам тащить!

– Да какая она прошмандовка?! – Макс подошёл к гусеничной платформе СВМ. – Стас, ты совсем ничего не понимаешь?!

Напарник выбрался из-под платформы. Сверкнул глазами.

– Достал эту херовину? – буркнул он.

– Высвободил из креплений. Доставать придётся вдвоём. Тяжеленный он.

Развороченную СВМ так и оставили валяться посреди поляны. «Подшипник» вынули и попросту закатили в блиндаж.

При первых утренних лучах Макс прошёлся по пути следования СВМ и попытался замести следы: разбросал запчасти по округе, натаскал прошлогодних листьев, посыпал ими вокруг блиндажа.

Стас, тем временем, навёз веток ко входу. Так его завалил, что ни один нормальный человек бы в эту свалку ни за что не полез, не знай наверняка, что там спрятан вход в блиндаж.

Макс понимал, что следы они замели самым дилетантским образом. Однако другого выхода не оставалось. Приходилось лишь надеяться, что поисковая группа не будет усиленно прочёсывать лес.

Девушка спала. На лбу запеклась кровь. Рану требовалось обработать и зашить, пока не началось заражение, ведь в этом случае придётся идти в город. А там её наизнанку вывернут, пытаясь добраться к ответу: зачем и куда летела?

Стас демонстративно пыхтел, точно чайник, и стоически не разговаривал с напарником. В общем и целом его настроение понятно: Макс подверг их жизни сумасшедшему риску. Ради чего?

– Ложись дрыхнуть, – наконец буркнул напарник.

Он подъехал и посмотрел в глазок на двери. – Солнце уже взошло. Я покараулю у входа. Свистану, если чего услышу.

Поисковый отряд должен выдвинуться из Москвы с первыми лучами солнца, когда опасная инопланетная живность расползётся по норам. Значит, они на подходе к месту падения. Скоро начнут прочёсывать лес. Стас прав – требовалось выспаться, потому что потом эта возможность может выпасть не скоро.

Единственная койка в блиндаже занята. Вторую, на которой некогда ночевал Стас, охотники давно разобрали – место занимает, а напарник на ней всё равно не спит.

Из-за физиологического крепления туловища к механической платформе он теперь и лежать-то не мог.

Макс устроился у стены, напротив лётчицы. Рюкзак подложил вместо подушки, укрылся тёплой и пыльной фуфайкой. Стоило расслабиться, как почувствовал, насколько устал. По телу пробежала волна расслабления. Макс закрыл глаза…

– Эй, байбак, вставай, – потеребил Стас за плечо.