Седьмая земля

Но скорее всего, даже не будут этого делать.

– Почему?

– Потому что это Первая земля! – рыкнул он. – Чтобы понимать, что такое Первая земля, надо здесь родиться! Ясно?

– Ясно, – машинально ответил я.

– Идём до того леса, – ткнул Блот вдаль. – Там и разбегаемся. Ты своей дорогой, я своей. Ясно?

– Ясно, – ответил я.

Какое-то шестое или седьмое чувство заставило меня обернуться.

Мы уже довольно далеко отошли от замка барона. Ещё бы пару шагов и скрылись за поворотом тракта. Не обернись я, и нас бы вскоре поймали, так как по мосту замка ехали семеро конных стражников.

– Обернись, – сказал я.

Блот сразу же это сделал. Буркнул что-то себе под нос.

– Это за нами? – спросил я.

– А за кем ещё?! – рыкнул он. – Побежали! Не доберёмся к лесу – считай погибли. На болота нас, как беглецов, уже не вернут.

Он рванул с такой скоростью, будто за ним смерть гналась. Хотя, в какой-то мере, так оно и было. Я побежал за ним.

Кровь стучала в висках. В ушах свистел ветер.

Из-под босых ног вздымалась пыль. В груди засела тревога. Почему так всё сложилось? За что мне это всё? Почему я просто не мог проснуться и пойти, как обычно, на работу?

Я бежал изо всех сил. С каждой секундной лес становился всё ближе. Блот опережал. Дважды я оглянулся, но всадники из-за поворота всё не показывались, а поверх местной пшеницы их не видно.

Лёгкие уже разрывались огнём, а ноги стали ватными, когда мы добежали к лесу. Остановились отдышаться. Я оглянулся ещё раз.

В этот момент из-за поворота как раз рысью выехали всадники. Я увидел, как один из них указал на нас. Все семеро сразу сорвались в галоп. У меня возникло чувство, что стражников сюда отправили на всякий случай проверить тракт. Видимо даже не предполагалось, что мы попробуем покинуть замок через эти ворота. Оттого солдаты и не спешили. Иначе бы давно нас нагнали.

Через полминуты мы оказались в лесу. Бежать и дальше по тракту не имело смысла. Я рванул направо, в чащу. Услышал за спиной топот и хруст веток.

Обернулся. Блот бежал следом, но чуть левее. Спросить, почему он решил не разделяться я попросту не мог. Лёгкие разрывались от обжигающего воздуха.

Ветви хлестали по лицу. Мелкие кустарники я перепрыгивал, большие огибал. Постоянно под ноги норовили попасть корни. Я старательно их перепрыгивал, но одному всё же удалось остановить мой бег. Я споткнулся и покатился кубарем, больно ткнувшись носом в землю, прикрытую опавшими листьями.