Седьмая земля

Староста взялся за перо, на мгновение призадумался.

– Спасибо вам, – сказал я.

– Вам? – староста оглянулся. – Ты ко мне на «Вы»?

– А что в этом такого? – приподнял я левую бровь.

– На «вы» обращаются только к титулованным персонам, – пояснил он мне. – А я, как ты понимаешь, к таким никогда не относился и уже не буду. Даже если титулованной персоне пару месяцев от роду, к ней надо обращаться на «вы». А к обычным людям на «ты». Понял?

Я пожал плечами и кивнул. Какая мне разница, как тут к кому обращаются?!

Пока моя новоиспеченная подруга ходила за неким Блотом, я наблюдал, как староста писал на бланке.

Как макал перо в чернила, осторожно снимал лишние капли о горлышко чернильницы, аккуратно выводил букву, затем вся операция повторялась. Для меня весь этот процесс казался диким и ужасно монотонным. Даже не верилось, что такими темпами написаны многие великие произведения. В какой-то момент я сделал пару шагов и увидел, что вообще-то на бланке он выводит каракули. Я открыл рот, спросить, что он делает… Да так и застыл. Каракули на краткий миг поплыли, смешались и стали читаемы. Я отчётливо увидел фразу, которой миг назад не существовало: «Подателю сего разрешено…».

Староста поднял на меня взгляд. Увидел мой ошарашенный вид.

– Ты что-то хотел спросить?

– Только что здесь были каракули, – ткнул я в бланк. – А теперь… нет. Теперь вижу «Подателю сего разрешено пересечь…».

– Шардон, ты либо очень талантлив, раз так удивляешься, либо… ты точно не Шардон, – староста вдумчиво глядел на меня.

 – О каких каракулях ты говоришь? Я чётко и ясно вывел…

– Понял! – перебил я. – Всё правильно! Я перенёсся сюда со своим разумом и воспоминаниями. Но и у этого тела тоже были воспоминания. И вот, поначалу, я не понял, что здесь написано, так как опирался на знания из своего мира. А в моём мире это, – ткнул в бланк. – Это просто каракули. Когда же подтянулись знания из этого мира, я сразу осознал, что здесь написано! Точно так же было, когда я проснулся! Я вначале не понял, что говорила эта… – кивнул на то место, где стояла «подруга».

 – А потом в голове всё встало на свои места, и теперь мы с вами говорим на одном языке!

Дверь распахнулась. На пороге стоял среднего роста зеленокожий мужчина с чёрными волосами, стянутыми на затылке в хвост. Его одежда отличалась от моей лишь наличием большого кармана спереди.

Моя «подруга» не вернулась.

– Заходи, – пригласил староста. – Пришёл твой звёздный час, Блот, – начал он.