Сборник коротких рассказов

Он пошёл вдоль стены, вспоминая, какие здесь устраивал балы…

– Он здесь! – донёсся тихий, едва уловимый шёпот, похожий на шуршание листьев, на игру воображения.

Евпатий замер. Огляделся. В этот момент обстановка залы стала стремительно меняться. Пол выровнялся, покрылся неведомым блестящим покрытием. Потолок стал зеркальным. Вдоль стен начала материализовываться странная мебель – большие, угловатые шкапы, со странными дверьми без ручек. Появились какие-то неправильные, слишком мягкие, диваны. Огромное окно исчезло, вместо него откуда-то взялись четыре маленьких окошечка, где и человек в полный рост едва вмещался.

– Вон он! – шёпот окреп, стал женским голосом.

Затравленно оглянувшись, Евпатий увидел, что за круглым столом сидели четыре девушки, держались за руки. Волосы у всех распущены. На столе тускло горело неведомое приспособление, которое давало свет, но без пламени!

«Ведьмы!» – пронеслось в мыслях.

Поддавшись панике, он рванул к ближайшему дверному проёму… которого уже не оказалось.

Вместо него на стене висело тонкое продолговатое устройство, на котором мелькали картинки. Евпатий не успел остановиться. Он шагнул в стену. Перед ним снова был его родной дом, пришедший в небывалую разруху. Ступени лестницы, ведущей на второй этаж, покосились, многие треснули. Евпатий прекрасно помнил, как с них упал его сын и сломал руку. Он тогда приказал убрать эту лестницу, но сильно заболел и не помнил, чем дело закончилось. Судя по всему, его ослушались.

Евпатий направился дальше, на обход своих владений, навстречу воспоминаниям.

В кровати с призраком

Ночью я привычно повернулся и обнял свою девушку. Она, как обыкновенно, чуть придвинулась ко мне, я почувствовал такое приятное тепло родного человечка. Вдохнув запах её волос, я снова рухнул в царство Морфея.

До звонка будильника она моя.

Каждую ночь, до звонка будильника она моя.

Иногда мне кажется, что это сон.

Но это лишь иногда.

Я уверен, что наша любовь сильнее смерти, ведь моя любимая погибла в аварии пять месяцев назад…

Волки

Ленка пряталась в бетонной остановке от пробирающего до костей, ледяного ветра.

На руках держала малышку – Настю. Ребёнок спал – и это единственное, что радовало в этот тёмный зимний вечер.

На дворе был девяносто четвёртый год. Автобусы в городе ходили редко, но Ленка была твёрдо уверена, что ещё один транспорт должен пройти. И она его ждала. За остановкой находился лес.