Кадет Дмитриев. Peradventure!

– Алебук – Иван Тимофеевич, – Серебряков посмотрел на Дмитриева и улыбнулся. – Сильная Рука.

– Сам не знаю почему. Здоровьем не отличаюсь. Скорее, относится к Вам, – Беляев перевёл взгляд на Дмитриева и поморщился от яркого солнца. – Футбол, бег, водные лыжи. Что ещё?

– Мотоспорт.

– Чемпионат в Монтевидео понравился?

– Ещё бы! Первый в истории! Отменный футбол! Парагвай выиграл у Бельгии. Девятое место из тринадцати.

– Армия у нас тоже где-то снизу, – продолжал ворчать Серебряков, но в голосе уже слышалось согласие на очередную экспедицию.

 – А Боливия?

– На предпоследнем. Выиграем следующий чемпионат! Забью победный гол.

– Решили остаться? Офицеры нужны! – обрадовался Беляев.

– Дослужился только до кадета.

– Как с работой?

– Пока присматриваюсь.

– Подавайте в армию, дам рекомендацию, через год получите лейтенанта. Или милости прошу к нашим в “станицу”, десять вёрст от Энкарнасьона.

– Надо сначала увидеть.

– Тогда после экспедиции. Вот ещё рапорт.

“Асунсьон.

В генштаб. Генералу Беляеву. По факту донесения вождя Тувиги мною предпринята экспедиция к лагуне Пича Хентода, где Вы установили столб. Обнаружены следы 10 мулов с боливийской стороны. Капитан Гарсиа. Форт Пуэрто Састере.”

– Военный вождь чимакоков Tомарахо тоже сообщил о боливийцах к западу от Пуэрто Касадо, а это наш главный порт на северо-востоке. Через пять дней “Кабрал” повезёт пехоту в Байя Негра. Вы со мной?

– Из Касадо втроём пешком по джунглям и саванне? Самоубийство! – Серебряков глубоко вздохнул.

– Из форта Хенераль Диас выдвигается отряд сопровождения с мулами и лошадьми.

– По старой дороге через Пирисаль-Больса и Каньядон-Санта-Алехандра?! Поросла паслёном. Не дойдут!

– Чимакоки помогут.

– Оранжереев с нами? – понизив голос спросил Серебряков.

– Игорь? Нет.

– Повезло, не будет страдать от жары. А я соскучился по морозам…

…В январе 1920-го под Нарвой было минус двадцать семь. Слышалась сильнейшая канонада и треск пулемётов, красные наступали.

Дмитриев вновь почувствовал грядущее поражение и собственное бессилие. Вестовой принёс приказ эвакуировать раненых и больных, Северо-западная армия Юденича отступала на территорию Эстонии. На грузовиках в метель пересекли замёрзшую Нарву. Вокзал, товарные вагоны… обморок. Офицеры занесли в вагон с печкой в углу. Прибыли в Коппель, пригород Ревеля. По дороге умерли полсотни раненых. У Дмитриева обнаружили сыпной тиф и власти объявили карантин.