Перестройка миров. Книга 2

Я сейчас немного тупенький! – Семеныч продолжал смеяться. – Интеллект низкий у меня.

– Девятый, – признался Светлов. После чего потянулся мысленно в инвентарь, применяя бальзам магии. Бар маны почти заполнился до нужного значения. – А максимальная характеристика у тебя сколько?

– Хм, а тебе палец в рот не клади. Такие вопросы неприлично задавать в культурном обществе.

– Ты про то культурное общество, которые сейчас танцует под звуки гитары? Или про тех, кто свободно ходит с огнестрелом? Или про того парня, который поливает бензином вон те брёвна, – Олег указал рукой, – чтобы запалить огромный костер у самого метро? Про людей с алкоголем я уже вообще молчу.

– Уел! – телекинетик качнул головой. – Сейчас сто тридцать два. Но недавно у меня почему-то снялось просто так пятьдесят единиц. Как раз в тот момент, когда всех людей начало колбасить из-за звука. Ну хотя бы десяток жизней дали, но всё равно этого мало. Они сразу же в характеристики перешли.

«То есть у него двести пятьдесят жизней уже? Да уж.

Где-то я не там свернул. О, тысячу маны накопил, посмотрим!»

Неизвестно. Человек. Уровень 19.

– И что ты сейчас сделал? – Семеныч снова сузил глаза.

– Посмотрел, до какого уровня ты дошел на пути Силы! – торжественно произнес Олег, принимая стойку бодибилдера.

– Ну так спросил бы! – удивился телекинетик. – Чего зря ману расходовать? О, «Баллада о борьбе» Высоцкого заиграла. Чувствую, что гитарист скоро получит еще одну ленту. Пока. И не забудь сдохнуть в метро! – Семеныч начал отходить, подпевая на ходу.

 – Детям вечно досаден их возраст и быт…

«Ну и слух у него! – удивился Светлов. – А я почти ничего разобрать не могу. Так, что мы имеем? Получается, что тайна Порогов развития появилась совсем недавно. Кто-то, наверное, применил очередной планетарный артефакт. Кто и зачем – это дело не сиюминутной важности. Сейчас главное другое: теперь я знаю, что смогу поднять ловкость до ста тридцати двух баллов, не опасаясь, что она опять слетит. Остальные характеристики будут ополовиниваться на сотне.

Интересно, а сколько этих порогов? И что делать с метро? Довериться? Антон двойственные чувства вызывает. Странный он. Эх, где наша не пропадала? Решу всё на месте».

Олег уверенным шагом направился к подземелью. Несколько минут он отстоял в очереди, прежде чем войти в здание метро. В помещении было подвешено несколько десятков фонарей. Некоторые из них были направлены на надпись, сделанную на ватмане: «Вход на 237-ой ступеньке.