Перестройка миров. Книга 4

– Конец света наступит, если задержишься? – как-то вымученно засмеялась девушка.

– Веришь-нет, но что-то близко к этому, – признался Олег.

– Ой, скажешь тоже, – не поверила Оля. – А ты изменился. Глаза зеленые стали. Это у тебя из-за класса? Что-то со зрением связано? Да и в плечах шире стал. И как будто вырос немного. Мы же теперь почти не меняемся, – она потрогала слегка пухлый животик. – Или это из-за твоего уровня? А ты по локациям ходишь? Это ведь системные ботинки? Хорошо, когда есть полезные знакомства.

Я всегда думала, что ты ни с кем не общаешься. Ты ведь почти всегда дома сидел и редко на улицу выходил. У тебя друзья военные?

– Мне действительно надо бежать, – попытался отвязаться Светлов.

– Жаль. Знал бы ты, сколько у меня событий произошло за эту неделю. У тебя бы волосы на голове дыбом встали. Представляешь, я уже умудрилась потерять девятнадцать жизней, – печальным голосом произнесла соседка. – У меня всего двести тридцать одна осталась.

И как-то страшно даже становится. Да ещё и каждый день отнимается по одной. Я ведь по локациям не хожу. Сам же понимаешь.

Выглядела она какой-то осунувшейся. Система хоть и восстанавливала все повреждения, но не могла исправить внутреннее состояние человека.

– Не ходишь в локации, но при этом много событий? – удивился несоответствию Олег. – А в подземелье хотя бы была?

– В подземелье – нет, конечно. Не пускают же. Я же не жена какого-нибудь военного, – она потрогала себя по плечам, изображая погоны.

– Пока, Оля. Рад был тебя видеть, – проговорил отсекатель. – И хорошо, что ты жива и здорова. Ты, кстати, знаешь, что я тебя видел голой? – он ухмыльнулся и подмигнул девушке. – Я тебя убил по твоей просьбе. Вот только потом появился восставший, и уже он убил меня. Я тогда в душе был. Голый, весь в пене. Как раз в тот момент воду отключили.

– А кто такие восставшие? – спросила соседка. – И как ты мог видеть меня голой? Я что-то такого не помню.

Это ведь совсем недавно было?

Олег оглянулся. Если бы включился свет, могло бы показаться, что в мир не пришла система. Тихо, уютно, спокойно. Людей почти нигде не было. Он уже привык к постоянно снующей толпе. Казалось, что тут не происходило никаких событий. Вокруг дома царила чистота: около полупустых урн не валялись окурки, на клумбах не лежало веток или завядшей листвы, на дорогах не было песка.

– Долго объяснять.