Последняя Арена 8

Или собираешься переместиться на плитку, от которой после обрушения осталось десять сантиметров, а тебя смещает влево или вправо. Но самое веселое происходит в те моменты, когда пытаешься заскочить на платформу, которая находится в четырех метрах над тобой. Тут и без шквальных порывов не сразу-то рассчитаешь прыжок, а с ними так и вовсе выходит русская рулетка.

Центр аллода, кстати, вызывал особый интерес. Во-первых, располагающаяся там платформа была намного больше, чем обычные плитки, и по её границе тянулся силовой барьер.

Возможно, когда наступит время перезагрузки, это место окажется единственной безопасной точкой.

Во-вторых, тут находился алтарь. Когда пробегал мимо него, то притронулся рукой. Успел уловить, что это одноразовая торговая точка. Интерфейс услужливо предложил активировать её, но я находился не в том состоянии, чтобы отвлекаться на магазин – за мной мчались квакающие мобы, а слово «одноразовый» говорило и многом. Тут уж лучше не спешить и расчистить плацдарм для будущих свершений.

В-третьих, здесь возвышалась величественная статуя главного лягушонка.

Точнее – жабьего босса: огромный, отъевшийся, морда наглая… При этом памятник гордым земноводным чем-то напоминал фигуру скорпионьего учителя. Думаю, очнется, когда я низвергну всех его деток, и затребую, что мне необходимо.

Проблема, как и всегда в этом провале, заключалась в дефиците маны, потому я сейчас и собирал тварей вокруг себя. Если магический резерв обнулится до того, как убью последнего монстра, то будет плохо.

Не смертельно, конечно – всё же у меня в бауле остались взрывающиеся растения, а в способностях имеется хаотическое отражение урона – но крайне неприятно.

Я огляделся, выискивая далекие тени в фиолетовом тумане. Никаких очертаний больше не видел. Если не ошибаюсь, все мобы собрались на достаточно компактной территории – можно действовать.

Сфера протуберанцем ворвалась в ряды противника. Твари вспыхивали подобно спичкам. Огонь перекидывался на других монстров. Ветер тут же донёс до меня удушливый запах паленой плоти.

Хорошо, что шлем и перцепция фильтровали тошнотворные ароматы, а то не исключаю, что меня вывернуло бы. Я, конечно, не брезгливый – уже успел надышаться разной гадостью, но тут уж бразды правления брала обыкновенная физиология: слишком концентрированный смрад получился. Пытаясь контролировать рвотные позывы, малодушно разорвал дистанцию.

Пространство наполнилось паническим кваканьем. Мобы безуспешно пытались сбить разбушевавшееся пламя.