Вирус

Профессор допускал, что слова лейтенанта не лишены смысла, но как тогда объяснить исчезновение Дмитрия Потемкина, который пропал после умопомрачительного представления в компьютерном клубе «Тутанхамон»? «Кто может знать, где они? – профессор хлопнул себя по лбу. Ну, конечно, как он сразу не сообразил! – Коваль Иван Васильевич. Уж он-то, если даже и не имеет отношения к исчезновению молодых людей, должен быть в курсе происходящего».

Перед глазами пустынная улица – одна из тысяч похожих друг на друга маленьких улочек Москвы.

Где-то рядом шумит занятой город, торчат в пробках сотни машин, ползут, гудят клаксонами, спешат пешеходы, нервничают, опаздывая на работу. А здесь? Лишь изредка одинокие прохожие нарушают тишину морозного утра легким поскрипыванием свежевыпавшего снега. Вот бабушка, согнувшаяся под тяжестью прожитых лет, медленно бредет к подъезду, таща за собой сумку-тележку. С трудом доковыляла до двери, и в этот момент из-за угла выскочил молодой человек. Быстро догнав старушку, он подхватил ее тележку; придерживая дверь, подождал, пока она не исчезла в темноте, и лишь после этого быстро скользнул следом.

«Не все так плохо с нашей молодежью», – подумал профессор, и тут его взгляд упал на громилу, со скоростью грузового локомотива мчащегося к дому. Просторный плащ поверх спортивного костюма, нелепо взмахивая кожаными полами, с трудом скрывал выпирающие горы мышц. «Ванькин собственной персоной, – улыбнулся профессор. – Черт, внимание уже не то, ведь это Потемкин помог старушке!» Он попытался вылезти из машины, но не смог – дверь подпирал Коваль Иван Васильевич.

– Стареете, коллега, – заглядывая в салон, он словно прочитал мысли.

– Вот уж воистину, не буди лихо! Долго жить будете, полковник!

Коваль удивленно поднял брови:

– Неужели по нашей базе данных прогулялись? Или все-таки раскололи своего «Синариона» и заглянули в его электронные закрома?

– Да ваши звездочки у вас на лбу выдавлены! – съязвил Медведев, в очередной раз удивляясь информированности Коваля.

 – Что вам известно о «Синарионе»?

– Бросьте, Дмитрий Степанович! Неужели вы думали, что после того, что натворило ваше детище в Сети, им никто не заинтересуется? Или вы и сами не знаете, что он?.. Не знаете?! Это хорошо. Пусть лучше мальчишки будут виноваты. Какой с них спрос? Ведь даже Потемкину еще нет восемнадцати, – Иван Васильевич задумчиво покачал головой, вздохнул, словно сочувствуя профессору.