Переговорщик

Раньше бы не обратил внимания, лейтенант, так лейтенант. Но сейчас. Сейчас я был с Мартой, и мне нужен был свой угол. Чтобы соседи не могли слышать каждый мой вздох через деревянную перегородку в одну доску. Чтобы я мог отдохнуть от их непрерывной ругани по вечерам и пьяных разборок по ночам.

– А если вичи не захотят подчиниться, мне что, их силком тащить? Они ведь заразные!

Майор вытащил из кобуры револьвер и, не задумываясь, начал палить под ноги двухметрового сержанта. Ус удивленно попятился, нелепо подпрыгивая после каждого выстрела.

– Главное – задать правильный вектор. Впрочем, откуда вам знать, что такое вектор? Исполняй! – приказал он жестко.

Не люблю, когда на меня давят, будь это родной отец, командир, да хоть даже Марта. Хотя нет! Марте можно все. Она особая. За нее я глотку любому перегрызу. Да и от майора могу многое стерпеть, если… Неспокоен майор – что-то надвигается. Ох, прав был сержант – беда идет.

– Ты за меня не переживай, командир, – буркнул Ус, укладывая свое двухметровое тело на бетонный пол камеры заключения.

 – Отдохну, пока ты за больными охотиться будешь.

Я раздраженно мотнул головой – не люблю, когда он заразных больными называет. Охота на больных – как-то погано получается. Хотя. Не мы их, так они нас. Третьего не дано.

– Да ты не сердись! Ты меня слушай, – прошептал Ус, приподнимаясь на локте. – Впрочем, нет, ты лучше сердце свое слушай. Оно не обманет. У тебя оно есть, – сказал так и отвернулся.

Странный все-таки Ус. Иной раз, как произнесет слово, неделю в мозгах не разгребешь, мысли странные, но приятно.

А иной раз от одного слова с души воротит и не один день. С виду, если не знаешь его, дурак-дураком. Но не дурак – просто добрый очень. Майор, правда, считает, что в наше время это одно и то же. Добрый, значит, дурак. Не был бы таким, давно до лейтенанта дослужился. Сейчас добро не в почете, и не найдешь, наверное, второго такого, как он.

– Вернусь – помогу! – громко заявил я.

Покидая мрачную камеру, я облегчено вздохнул.

«Хотел бы – уже помог», – буркнул в душе тонкий предательский голосок.

Видел же, как он кричал, почему не сказал майору? На звание купился? Трус ты, Белов! Ну, да ладно. Не буду посыпать голову пеплом. Сколько задохликов прорвалось – четверо? Значит, на поиски пойдем впятером. Пытаясь отвлечь себя от бесполезных мыслей, я в уме прикинул, кого из моего подразделения взять с собой.

– Барсук, Доберман, Щекан, Колобок – на выход! – выкрикнул, появляясь на пороге казармы.