Черный лев и снежная чародейка

Эти Тени стерегут границы, в то время как я ползаю по шахтам и прозябаю в лаборатории.

– Но летите-то вы на одном корабле, и на Трамптане столовая у вас общая.

– Хо-ро-шо, – произнесла я по слогам обреченно. – Я обещаю приглядеться. Солун и так мне благоволит. И если среди коллег найдется тот единственный и неповторимый, это будет верхом ее щедрости!

Ночевать сестра с Чезаром отказались и забрали с собой Ксюшу, лишив дедушек радости. Я снова не поехала в свой собственный дом, о котором мечтала еще в юности, потому что боюсь.

Сильно боюсь.

Как и перед отправкой в мой первый рейд, Кайрин явился на служебную площадку космодрома и занял воинственную позицию: "Ты не пройдешь!". Но и в этот раз его ждало разочарование. В первый наш отлет Ивиль немного оторопела от его наглости, а в этот подстраховалась, сразу отправив пару крепких ребят из бригады мне на выручку.

– Кайрин, оставь меня! Я работаю, и ты мне не указ! Я хозяйка своей жизни, и в ней тебя нет!

– Это ненадолго, – сощурился нехорошо Тень, преграждая мне путь.

На его плечи опустились сразу две тяжелых руки, заставляя обернуться. Охотники выглядели не менее внушительно, однако напористый сарфириец вывернулся из их захвата и прильнул ко мне, прошептав на ухо:

– Последний раз прошу по-хорошему, прими мое покровительство!

– Никогда!

На площадке разгорелась самая настоящая драка. Меня оттеснил в сторону вовремя подошедший Найтен, вокруг сгустилась толпа зевак, наблюдающих, как одичавший Тень рвется вперед, разметая здоровых мужиков, словно котят на своем пути.

Он даже в тень не перешел и не принял боевой формы. Одержимый яростью, Кайрин, видимо, до этого не додумался. Я спряталась за спину друга, но все внезапно прекратилось. Выглянув из-за плеча товарища, я заметила Чезара, нависшего коршуном над Кайрином, который не стал тягаться с самым сильным сарфирийцем. Под десятками тяжелых взглядов он ушел, не забыв одарить меня напоследок своим многообещающим пылающим взором.

Теперь домой без сета я точно не вернусь.

Боги, свои и чужие, помогите! Ксюша воспользовалась общим замешательством и забралась ко мне на руки. Вот оно, маленькое чудо, что всегда вытащит из депрессии и отгонит страхи на задний план.

– А вот и моя племяшка! Дай потреплю за щечку?

– Не дам, – принялась заламывать руки племянница. – Вдруг у меня щеки станут страшными? Папа сказал, что я должна быть неотразима, ведь я – принцесса!

– Верно папа говорит, – кивнула я уверенно.