Миры за углом

 – Что, за церковные песнопения так много платят?

– Я имел в виду поп исполнителя, – ухмыльнулся Марк. – Не буду называть имени, но ты его тоже знаешь. Всё-таки не на острове живёшь.

– Так что же случилось с его Миром?

Марк слегка задумался, а потом ответил:

– Никаких разрушений. Никаких революций. Только вот сущности стали какими-то… механическими, что ли. Как будто из них души повынимали. Впрочем, музыкант этого не заметил. Сотворить Мир он смог, но ходить туда ему было не дано.

– Может, это и к лучшему.

Меньше забот, – Колян задумчиво пошуршал пустым пакетом из-под булок.

Невдалеке справа раздался какой-то шум. Молодые люди повернули головы в ту сторону и увидели, как безумного вида мужчина со всклокоченной бородкой, в старомодном тёплом пальто и с каким-то громоздким прямоугольником под мышкой разгоняет прохожих от одного из подходов к пруду. Делал он это шумно и воинственно, жестикулируя обеими руками и изредка с грохотом роняя свою ношу.

– Пойдём отсюда, – поморщился Колян.

– Кто это? – Марк с ухмылочкой смотрел на дебошира.

– Василёк. Не поверишь, но мы вместе учились.

– Как? Он выглядит лет на сорок! На второй год часто оставался?

– С учёбой у него всё было нормально. Выше среднего. Почти отличник, – Николай вздохнул. – Только вот ближе к выпускному у Василька начались проблемы с психикой.

Тем временем дебошир освободил себе местечко и принялся устанавливать предмет, который принёс с собой. Это оказался складной мольберт.

Изрядно провозившись с конструкцией, он скинул с себя пальто, оставшись в растянутой майке-алкоголичке и трениках с разбухшими коленками. Пальто было просто напичкано инструментарием художника.

– Необычная манера рисования, – хмыкнул Марк, увидев, как странный живописец берёт тюбик с краской и разбрызгивает её по полотну, точно майонез по пельменям. – А это ещё что?

Вокруг мольберта бензиновой радужной плёнкой засияла аура иного Мира.

– Не советую туда ходить, – предупредил Колян.

 – Очень, очень своеобразное место.

– Не разжигай моё любопытство, иначе я взорвусь!

Марк уверенным шагом направился к живописцу. Его спутник лишь скептически вздохнул и остался на прежнем месте. Обойдя Василька слева, белоголовый скользнул внутрь чужого Мира.

Художник, казалось, не заметил этого, продолжая размазывать краску. Однако примерно через полминуты он бросил кисть прямо на пальто, погрозил кому-то кулаком и шагнул следом.