Собакалипсис

Некоторые исчезали и больше не появлялись. Страх всё нарастал и нарастал…

Позже – яркий свет, резкие людские голоса, что-то громко бахает со всех сторон… Я забился в дальний угол и скулил. Потом руки.

И вот я уже в питомнике. Дрожь сотрясает моё маленькое тельце. Фёдор Степаныч со шприцом. Лёгкий укол. Я проваливаюсь в беспокойный сон.

Вот я выхожу во двор, щурюсь на солнце…

И тут меня наглым образом сбивают с лап. Весёлый лай проносится надо мной и удаляется. Впрочем, недалеко. Стоило мне только подняться, как меня снова сбивают.

Такие вот весёлые щенячьи игры.

Этим весельчаком был Роти. Чистокровный ротвейлер чуть моложе, но гораздо крупнее меня, он пробегал рядом, ронял меня на траву и, счастливый, нёсся дальше. За ним летел щенок сеттера. Он, правда, не мог похвастаться чистотой породы. Похоже, у него в роду были то ли лайки, то ли овчарки… Но об этом я тогда не думал. Бобик – так звали сеттера – перепрыгнул через меня, слегка задев хвостом. А потом меня оглушило звонкое тявканье накатывавшегося следом чихуахуа.

Это, разумеется, и был Хуа.

Как вы поняли, наши новые хозяева не слишком задумывались, когда давали нам имена. Я на 94,7% чистокровный джек рассел терьер. Потому – просто Джек. Мог быть с тем же успехом и Расселом. Но Джек короче.

Наш весёлый квартет, волей случая оказавшийся в питомнике со странным названием «Хвостоприёмник», вовсю резвился и ни о чём не думал. Как и все нормальные щенки, которым повезло с жильём и кормёжкой. А уж этим нас обеспечили.

Вообще-то, питомник – это где щенков специально выводят, выращивают ради сохранения породы, а потом передают новым хозяевам. Поэтому «Хвостоприёмник» не являлся питомником как таковым. Однако, на табличке, которую я прочитал гораздо позже, было написано именно это слово. И ещё почему-то здесь была вооружённая охрана, которая доставила нам несколько весьма напряжённых часов, когда вирус до них добрался.

Но до того момента пока было далеко. Мы росли, резвились, кушали и… ну, и всё остальное.

Нас было не четверо – гораздо больше. Но наш квартет содержали отдельно. Странная группа, не находите? Сторожевой пёс, охотничий… а с ними две мелкие шавки. Хотя нам это никогда странным не казалось. Мы были друг для друга своими.

А через много дней и ночей – я тогда ещё не умел считать время – что-то с нами начало происходить. В мире снаружи наверняка уже всё началось, как я могу сейчас предположить. У нас же пока было спокойно.