Тайны прошедшего времени

Правда, Эрик иногда с умилением передразнивал и копировал иностранный акцент Фридриха или слова с неправильным ударением, получая за это нагоняй от матери, но Фридрих только громко смеялся над проказами мальчика.

В-третьих, Илзе понимала: она, как законная жена иностранного подданного, в случае его отъезда на родину отправится следом. Когда-то жены декабристов, оставив почести и титулы, мчались за своими мужьями в Сибирь, а отъезд в Австрию для Илзе был все-таки счастливым финалом.

– Так что свадьба с Фридрихом – достаточно выгодная партия, с какой стороны ни посмотреть, – делилась Илзе с Ольгой, – хотя минусов предостаточно.

– Например? – поинтересовалась подруга с иронией.

– Он скуп на ласку и страсть… – Илзе стала перечислять недостатки Фридриха. – С ним невозможно поговорить по душам. Он…

– Остановись. А то, чувствую, тебя понесло! – перебила Ольга. – Этот иностранец даст тебе восемьдесят процентов счастья: заботу, деньги, тыл! Недостающие двадцать – ласку, страсть и беседы под луной – заберешь на стороне!

– Оля, ты о чем? – обиделась Илзе.

 – Я хочу построить примерную и счастливую семью. А не пародию на нее.

– Так строй! Все в твоих руках. Не ищи в стоге сена иголку.

Но строительство новой ячейки общества сразу дало сбой. И все потому, что между мужчиной и женщиной не было изначально главного – любви. Илзе осознавала, что Фридрих нравится ей, он очень мил, приятен, но она не любит его. Чувствовала Илзе, что и Фридриху нужна не она сама, а некие постоянство и забота. Чтобы и на приемы под ручку, и на кухне со сковородками.

Иначе как объяснить, что молодой здоровый мужик занимается любовью минут пятнадцать, да и то раз в неделю. И это в первый месяц, когда они из кровати не должны вылезать сутками! Казалось, для него передачи австрийского телевидения, пойманные спутниковой антенной, интереснее, чем ее близость! А если вспомнить Андрея, то до трагедии с сыном он не давал ей спать часами, и не только в первые месяцы совместной жизни, а в течение нескольких лет.

«А почему должна быть обязательно любовь?» – спрашивала себя Илзе и даже не пыталась найти ответ.

Она надеялась, что время все поставит на свои места. Может быть, потом, через месяц-другой, все и наладится, и два человека настолько притянутся друг к другу, что с иронией вспомнят, как странно складывались их отношения в начале романа.

Через полгода ничего не изменилось, и Илзе стала чахнуть. Однообразие, постоянное безмолвие и равнодушие Фридриха начинали раздражать.