Тайны прошедшего времени

При этом она пряталась с новой вещью в ванной комнате, а когда собиралась выходить, то просила Гундара закрыть на мгновение глаза. Для эффектности. Санта абсолютно не чувствовала усталости, наоборот каждому выходу «на подиум» радовалась, как подросток, и только иногда ловила себя на мысли, что у нее кружится голова. Наверное, от вина, которое все подливал и подливал в ее бокал самый лучший начальник…

Когда Гундар подошел к ней вплотную и обнял, девушка толком и не поняла, что происходит. Санта по-дружески поцеловала мужчину в щеку и тихо произнесла:

– Спасибо вам….

То есть… тебе.

Потом она пыталась вырваться из сильных рук господина Кажи, увернуться от его горячих поцелуев, умоляла уйти, отпустить ее и даже в какой-то миг заплакала, но Гундар был непоколебим. Его последняя любовь была подобно укусу бойцовской собаки – вцепившись раз, он отпустил Санту только когда все произошло… Девушка лежала обнаженная, покрытая потом, с закрытыми глазами. А мужчина целовал, гладил ее тело, безостановочно шептал:

– Я люблю тебя…

И только когда увидел, что белая простыня залита чем-то вроде красного вина, понял, что натворил.

Молчание было невыносимым. Жертва и виновник не произносили ни слова. Санте нечего было говорить: она только что разбила на мелкие осколки, словно хрупкое стекло, свое представление о настоящей любви и страсти. Кажа молчал, потому что боялся. Боялся пораниться об эти самые осколки…

Через некоторое время, вмиг повзрослевшая, уже не наивная, а умудренная опытом женщина встала с кровати и указала начальнику пальцем на дверь.

Мужчина, словно побитый пес, опустив глаза, вышел из номера. Санта взяла сигарету из оставленной Гундаром пачки и закурила. Впервые в жизни. Ментоловый вкус дыма обжигал неопытное горло, но вместо неприятных рефлексов, свойственных начинающему курильщику, Санта почувствовала наслаждение от табака.

– Хорошее потеряла, плохое нашла, – грубовато произнесла она, потушив сигарету в пепельнице.

Санта вышла на огромный балкон и, доставая из пакетов подарки Кажи, стала сбрасывать их с балкона на ровный, аккуратно выстриженный зеленый газон.

Глава 14,

которую и главой-то нельзя назвать. Уж больно мала

Гертруда проснулась рано, хотя в ее планы это не входило. И все потому, что сосед с утра включил какой-то электрический прибор, шум которого вызывал сотрясение во всем доме старушки.

– Господи, боже ты мой! – возмутилась Гертруда. – Что он там делает в такую рань? Опять доски пилит?! Нашел время.