Последний демон рая. Книга 2. Магия Ночи ночей

К-Кэн ухмыльнулся:

– Зажигать огонь на маяке?! Да это тяжёлая работа, сестрёнка! Я знаю, о чём речь, пробовал как-то. Нет! Пошли, сестра, до заката успеем выйти отсюда, в предыдущем городке видел я одну заброшенную гостиницу – отдадут не дорого. Да и место там по-приличнее.

Плешивый стал бешено вращать глазами, побагровел и приподнялся, схватившись за рукоять ближайшего, самого кривого поцарапанного кинжала:

– Шо?! Разыгрывали меня? Да я вас обоих сичас попишу…

Горбатый печально вздохнул и звонко хлопнул по столу ладонью, поднимая пыль и брызги:

– Ладно, Плешивый, не заводись! Решено: я возьму их под свою ответственность.

Плешивый окрысился:

– Таки запямятовал? В натуре там не твои не мой квартал, волосатый. Мы можем только сдать его в аренду от имени города. И если…

– Что «если»? – кротко поинтересовалась Ан-ньи.

– Ничаво! – буркнул Кот и вплотную занялся кружкой с вином.

К-Кэн, выждав паузу, неохотно продолжил:

– Если так, то с нас сто медных монет в неделю.

– Чёрт тебя побери, вот фраер-прощелыга! – вызверился Плешивый. – Да ишо и охрану подавай! Сам себя охраняй, Волчишка.

К-Кэн протестующе поднял подбородок и открыл рот, но Ан-ньи так его саданула локтем под бок, что он поперхнулся и замолчал, заиграв желваками.

– Я согласна, – протянула ладонь Ан-ньи. – Давайте грамоту на владение.

– На аренду, – хмуро поправил её Горбатый, неловко скрипя пером по куску старого пергамента. – Огонь на маяке мои Близнецы зажигать будут по-прежнему.

Потом он вытащил из-за пазухи толстую печать, висящую на лоснящемся кожаном шнурке. Тщательно прицелившись, гулко шлёпнул ею в угол пергамента. Оттиск получился не очень отчётливый, поэтому процедуру пришлось повторить. На этот раз он предусмотрительно положил пергамент на мокрый стол. Вытерев пот после таких значительных усилий, Горбатый вручил Ан-ньи документ и процедил:

– И вот ещё, провинциалы. Если с десятиной от дохода и арендой в конце недели затянете, мы сами придём в гости.

Ан-ньи прочла доверенность, кивнула, отсчитала на стол полсотни медных монет задатка, и они с К-Кэном встали, прощаясь. Выйдя из комнаты, К-Кэн притворил за собой дверь, но когда они прошли немного по длинному коридору, он неожиданно остановился и шёпотом на ухо сказал ей:

– Погоди. Сейчас, догоню!

А сам на цыпочках вернулся к двери и прижал ухо к щели.