Сбиватели

А так как в твоём динозавре стоит кассетная магнитола, пришлось к путешествию подготовиться: переписать с CD на кассеты. Вышло чистой записи на восемь кассет. Благо, у тебя здесь не граммофон встроенный, а то пришлось бы на винил писать. – Гарольд смеётся.

Брет поворачивается к Полу:

– Он псих?

Пол кивает.

Равнодушие Пола не успокаивает Брета.

– Что значит «избранное»?

– Значит «самые громкие аварии», – в голосе Маринвилла появляются ноты спеси. – Мощные столкновения, искорёженный металл, ну и, естественно, смерть.

Много смерти. Круто, мужик. – Он ищет поддержки: – Круто, Пол?

Пол молчит.

– И зачем ты с собой это взял? – недоумевает Брет.

– Как зачем? Слушать.

– Сколько с ним ни езжу, – нарушает диалог Пол, – врубает свой CD на полную катушку и в транс впадает. Чокнутый. Всех таксистов распугал. А иногда ещё пришёптывает, что там, да, в каком количестве у кого отлетело. Подпевает. Кого спасли, кого не спасли. Кого собрали, кого нет. Знает всё наизусть. – Пол добавляет: – Много воды утекло с тех пор, как мы последний раз виделись, Брет.

Брет ловит взгляд Пола в зеркале заднего вида и понимает, что Пол в отличие от Гарольда за прошедшие четыре года почти не изменился. Всё та же умиротворённая пофигистическая улыбка.

Салливан уточняет:

– Все репортажи «Столкновения» наизусть?

– Нет! – Маринвиллу становится не до шуток. Он багровеет и трясёт руками. – Я же тебе говорю: только избранное!

– Восемь кассет?

– Восемь кассет!!!

– Психует. – Брет поворачивается к Полу.

 – Уже неплохо. Я читал, что психоз – это первый признак совести.

– Либо шизофрении, – добавляет Пол.

– Но мне нравится.

Пол собирается промолчать, но всё-таки соглашается:

– Сукин сын становится забавным.

Гарольд молчит. Его ярость, возмущение, злоба уже затопили салон «Шевроле» плотным карминовым туманом. Видно, что он искренне пытается успокоиться, быть сильнее ситуации, не потерять самоконтроль. Не выходит. Пунцовый Маринвилл взвизгивает:

– У каждого своё хобби, свои взгляды, не тебе меня судить, Брет! Кому-то картофель, кому-то трупы.

Давай, Пол, объясни нашему юному фермеру, что вода утекла не зря. Ты ведь прикладываешь ухо к «Столкновению»? А? Ты ведь со мной, дружок?

– Пол?

Пол пожимает плечами:

– А что Пол? Картофель или трупы? Это не шоу на телевидении. Четыре года прошло – разве не достаточно, чтобы перестать тыкать друг друга под рёбра пальцем и кричать по любому поводу? Вспомните лучше что-нибудь хорошее.