Колдунья

Не вижу за столом то ее…

Я, тебе, что до нее! Да и мне она в ненадобность, ведьма! – ответила Олеся, а жених рассмеявшись, как конь, пояснил: Что касается меня, то мне эта твоя Марыля, тоже по барабану… Это вон… – и он кивнул в сторону Петра, что шаткой походкой, еле держась на ногах, покидал застолье, что было в самом разгаре- Ухажер ейный, по ней соскучился. Замучил меня вопросом: Где она, да где?

Но плясовая музыка позвала всех в хоровод и все сказанное Володимиром вылетело из головы Олеся, что была вне себя от счастья.

. А тень пьяного Петра еще немного помаячила возле кустов орешника, а затем виляя то влево, то вправо он пошел в сторону поля. Шел он долго, горланя свою любимую песню, пока не спотыкнулся об ком земли и не упал аккурат в тот месте, где расходятся между собой поля братьев-хозяев. Пролежав так некоторое время, утыкаясь носом в землю, он наконец поднял голову и обомлел. Хмельное моментом испарилось из его головы. Пред ним, в чем мать родила, стояла Марыля, в одной руке у нее была кочерга, а с указательного пальца другой хлестала кровища. Она улыбнулась ему и сказала: Голубчик мой, вот иду я, иду, мне так положено, я обязательно должна идти. Я научилась колдовству, умею, мне надо. Я пойду на дубку, на кусте порчу закручу – засохнет, да и все. Пойду на лес – оно закрутить лес, тот иссохнет. А как на скотину у людей, у хлев – у людей и скотины не будет». И давай просит, его целовать ее ноги. Он принялся целовать ноги, ползая и извиваясь вокруг нее, как змея, а она смеется и говорит ему:

Ну, полно, мой любый, доказал свою преданность, словно пес, да и ладно.

. Жди меня ночью, Петро, на том самом месте, где дружок твой сгинул… А мне идти надо! Свадьба у подруженьки моей веселая, а я на ней даже ножкой не топнула…

Так, я с тобой, Марыля- все еще не поднявшись с земли молвил Петр. Но Марыля отпихнула его кочергой и зло закричала: Да куда! Ты же пьян, голубок мой! Ступай, проспись, да не забудь про свиданьице наше этой ночкой… Сказала, отошла к перекрестку дорог между полями, села верхом на кочергу, да и взмыла в небо.

Ветер сильный поднялся. Столы свадебные, с угощениями разными, во все стороны разметало. Калина, та, что у самой воды стояла пополам разломилась. Темно в один миг, как ночью стало Олесю в воздух подняло, да с размаху в орешник, неведомая сила, зашвырнула. Жениха ее Володимира одним столом ударило, а других накрыло Родители и гости в траву попадали и ручищами своими в нее родимую вцепились.