Ярлинги по рождению

Хорошо хоть Агая отошла куда-то. Вот вроде к чужим смертям он ведь уже немного подпривык, подзачерствел. Но тут-то не чужой человек. Свой. Да ещё безумно страдающий. Это ж, реально, даже представить невозможно, как ему больно!

– Вот как только мы его понесём? – парень огляделся по сторонам. – Может, носилки где есть какие?

– Я уже посмотрела, – в комнату вошла Агая, – нет ни здесь, ни рядом где.

– Ничего. – Маг склонился над Михо. Его выбритый затылок заблестел в свете фаера. – Помогите кто-нибудь, приподнимите мальчику голову и плечи.

Гоблин выполнил просьбу, а маг аккуратно пропихнул руки под тело ученика. Поднял его, с кряхтеньем выпрямляясь и поворачиваясь к выходу.

– Девочка моя, продолжай светить. Не дай Создатель, споткнусь.

– Мэтр, а ты справишься? – забеспокоился Ярик. – Может, я лучше?

– Ты это меня сейчас старой развалиной обозвал? Справлюсь, конечно. Идите вперёд, посмотрите, чтоб не мешался никто.

Гоблин с Агаей, а за ними и Славка, потянулись к выходу. Ярик решил всё же пойти за мэтром.

Так и поднялись наверх, где воздух был посвежее. А там Генордалтрис, отворив зачем-то дверь во двор, остановился и, пропустив всех вперёд, уставился на гремящих кандалами троих амбалов, таскающих с большой подводы глыбы льда.

– Яр, обожди, – мотнул он головой. – Пойдём-ка со мной.

Парень затормозил и вышел вслед за зелёным во двор, недовольно сощурившись от ярких солнечных лучей.

– А скажите мне, парни, – уперев руки в боки, обратился кобл к остановившимся невольникам, – из каких мест будете?

Те угрюмо молчали, буравя Генордалтриса тяжёлыми взглядами исподлобья.

Ярик присмотрелся. Из одежды – одни дырявые штаны с рваными остатками каких-то юбок поверх. Кожа красноватая какая-то. Как у индейцев. Сами здоровенные. Широкие плечи, перевитые мышцами длинные руки. Такие, что любой Шварценеггер отдыхает. Все трое даже Ярика как минимум на голову выше.

Лица у всех необычные. Широкоскулые, с немного приплюснутыми носами и какими-то маленькими, раскосыми глазами. Прямые чёрные волосы мохнатыми копнами опускаются почти до плеч. Похожи на монголов каких-нибудь. Только те вроде такими огромными не бывают.

– Чего молчим? Откуда будете, спрашиваю?

– Тебе, зелёный, не всё ли равно? – молодой оказался самым разговорчивым.

– Если спрашиваю, значит, нет.