Чистосердечное признание

Но так уж вышло. Я сначала начальнику-то сказала, что Ларисы нет, не появилась. Но он говорит, дело молодое, подождём, куда она денется. Но, вот, не появилась.

– А вы не знаете, почему она здесь оказалась?

– Не знаю, почему, но она именно здесь и осталась, меня попросила подежурить одной, на перегоне до Москвы, он же покороче, а на обратном она думала вернуться. Здесь поезд проходит на Москву примерно в полчетвёртого дня, а обратно, как вы сказали – в полшестого утра. Но в этот раз это был уже в третий раз, её остановка здесь-то.

В те разы всегда успевала.

– Оля, давайте с самого начала. Когда Лариса первый раз здесь вышла?

– Думаю, с месяц назад. А на обратном, когда подсела здесь, она была какая-то взволнованная, задумчивая, всё у неё из рук валилось.

– Она ничего не рассказала вам, почему она здесь выходила?

– Нет. Я спросила, но она как-то отмахнулась. Так, говорит, старые знакомые. Ну, нет, так нет. Что я приставать-то буду со своими интересами.

– Вы сказали, Оля, что она три раза выходила. А когда это случилось во второй раз?

– Думаю, что недели через две. После первого. Опять меня попросила о том же. Я согласилась, конечно, может быть, у неё ухажёр какой, из старых-то знакомых. Смотрю, а при подъезде сюда она и переодеваться стала. Форму сняла, платье надела. Кофточку в сумку положила. С собой, значит, прихватила. Ну, думаю, точно ухажёр.

На обратном она была такая взвинченная, прямо слова не скажи.

Чего, говорю, ты такая, случилось что? Нет, говорит, не выспалась. В гостиницу не попасть, полно. Пришлось на вокзале поезда дожидаться. А потом, прямо в нашу следующую поездку, в конце июня, она меня сразу предупредила, что опять выйдет здесь. Извинилась, сказала, что это в последний раз. Так вот и получилось. В последний… – Ольга помолчала немного. – Вот, вспомнила, двадцать седьмого числа это было, когда она тут осталась. Потому и вспомнила, что в этот день у моей сестры, у двоюродной, день рождения, я телеграмму как раз подавала.

– А во что она была одета в этот последний?

– Из дома она взяла в этот раз не платье, а юбку с той же кофтой. Блузку оставила нашу, проводницкую. Жалела, что туфли забыла. Собрала, но в последний момент свёрток с ними так дома и остался. Ничего, говорит. Сойдёт и так.

– Оля, без этого прямо никак нельзя. Ведь вам необходимо опознать убитую, а также и её вещи.