Ячейка №30

Я вижу, как потерянная рука легко восстанавливается, пока он летит. По пути в стену он разрушил пару колонн, что подняло пыль. Мои линзы становятся бесполезны внутри помещения, лишенного света и наполненного пылью. Я согнулся, наблюдая за тем, как моя грудная клетка восстанавливается, останавливая кровь. Нет времени на размышления. Никогда не было. Никогда не должно быть. Одна из колонн усилием моих рук отправляется в место, где свой полет закончил он. Лезвия на его руках выполняют собственную работу просто прекрасно.

Модель руки обычного человека, но лезвие проходит по боковой стороне руки, превращая мизинец в нож, а всю остальную руку в большое лезвие, нужно их только соединить.

Она рассекается прямо в полете, после чего оппонент исчезает, перепрыгивая с колонны на колонну в полной темноте.

– Так просто решаешь прекратить бой? – я обливаю цветки сакуры долгоцветущей бензином, после чего поджигаю.

Прыжок на меня человекоподобного робота с шестью лезвиями был заблокирован собственными руками.

Искры осветили помещение часть помещения на доли секунды потоком фотонов.

Я немного ушел в землю от прыжка той силы, что был совершен.

– И ты и вправду думаешь, что после всего мы такие же?

Атакующий прыжок повторяется, а я лишь блокирую, все больше уходя под землю.

Каждый раз,

Быстрее и быстрее.

– Ничего не станет как прежде ровно до того момента, как мы умрем.

Металлический звон раздается в ушах из раза в раз.

Повторяясь и становясь громче и сильнее.

– Нет.

Это раздалось передо мной.

– Тебе.

Это уже было слева.

– Лишь.

Справа теперь.

– Кажется.

Сзади.

Два огромных лезвия втыкаются в мою спину, выходя из моей груди. Конец федерации всегда был уготовлен заранее. Я не здесь. Голова все так же не поворачивается, а я слышу слова от остановившейся фигуры.

– Удивительно, что ты всегда был чем-то большим, чем казалось мне.

Руки хватаются за лезвия, проворачивают их через мой желудок, после чего разводят в разные стороны, рассекая собственный корпус.

Кровь льется. Я ощущаю лишь это. Бросок через себя за самые острые лезвия на этой планете вызывает очередное поднятие пыли. А он просто вырывается из моих рук, после чего набрасывается на меня.

– Мой черед,– два взмаха лезвия делают из моих бионических рук простые изделия из федерацита, отделенные от любого способа питания.