Деградация. Свои люди

***

– Иван, отведи, пожалуйста, к Старкову Алексея, – сказала Людмила Владимировна, указывая на племянника.

– Пошли, – равнодушно ответил Иван, бросив беглый оценочный взгляд на него.

Алексей в свою очередь скептически посмотрел на Ивана. Худой, какой–то взъерошенный, в потертых джинсах, свитер, висящий на нем, как на вешалке… Не выдержав, он сказал:

– А ты точно мент?

Людмила Владимировна повернула голову и с интересом уставилась на молодых людей, старательно сдерживая улыбку, Иван же вскинул брови, еще раз окинул взглядом Алексея сверху донизу, затем сказал:

– Далеко пойдешь, под формат стереотипов о милиции в народе подходишь.

Только не подумай, что телосложением.

– Чего?! – воскликнул Алексей, и даже подался вперед к Ивану, тот попятился, но тут же вмешалась Людмила Владимировна:

– Ну–ка оба отставить! – повысила она голос. – Чернов, хватит искать приключений на свой зад! Сделай одолжение. Рябов, просто доведи его до места назначения, ладно?

Иван кивнул, хотя и сказал достаточно ехидненько:

– Просто иди за мной, и никуда не сворачивай, хорошо?

Алексей насупился, но пожал плечами и последовал за Иваном.

Тот повел его по коридорам, узким лесенкам и каким–то закоулкам зданий на Петровке, которым, казалось, не будет конца. Не выдержав, Алексей спросил:

– Слушай, чего-то мы каким-то странным маршрутом идем. А тут есть более прямые дороги?

– Конечно, есть, – ответил Иван уже без всяких подколок, видимо немного опасаясь Алексея. – Только по ним генералы ходят.

Нам запрещено по ним ходить, что бы на глаза не попадаться лишний раз. Так что, мы обходим их пути–дорожки умышленно. Но путь становится от этого естественно длинней.

Воображение Алексея быстро нарисовало картину, в которой спешащий на задержание опер оббегает маршруты передвижения генералов, коих тут должно быть не мало. Картина показалась ему настолько бредовой, что он достаточно жестко спросил:

– Это у тебя очередная шутка такая?

– Нет, я совершенно серьезен, – ответил ему Иван спокойным, равнодушным тоном.

 – Честно.

Алексей так и не понял, был ли это сарказм, или нет, потому задал еще один вопрос:

– А что тут еще генеральского есть?

– Столовая, например. Формально она, конечно, общая, только супчик из осетровых себе может позволить далеко не каждый. И даже если вдруг можешь, очень не советую его тебе хлебать на виду у полковника какого–нибудь, или тем более генерала, трапезничающего за соседним столиком.